Книга Золотой человек, страница 73 – Джон Диксон Карр

Люк снова открылся, и снизу хлынул поток света, принесший Элеонору. Перед присутствующими возникла словно изготовившаяся к прыжку, черная с алым фигура с белозубой улыбкой. И в этот момент произошло нечто, повергшее всех в шок. Бетти Стэнхоуп с грохотом откинула крышку барной стойки, выскользнула из-за нее, быстро пересекла комнату и выбежала за дверь.

– Извините, – сказал Ник и тут же бросился за ней. – Бетти!

Купол Дома Масок представлял собой замкнутое пространство внутри замкнутого пространства. В стенах круглого театра не было ни окон, ни щелей. Но окна были во внешней стене, окружавшей помещение театра. Между двумя стенами оставался проход шириной около трех-четырех футов, по которому можно было прохаживаться, как по прогулочной палубе, и греться на солнышке, если оно появлялось.

Ник бросил взгляд на лестницу, ведущую вниз. На ступеньках ковра не было, и, если бы Бетти побежала вниз, он обязательно бы ее услышал.

– Бетти! – снова позвал Ник и зашагал по выкрашенной в белый цвет и застеленной соломенной циновкой застекленной галерее.

Здесь было холодно. Не настолько холодно, чтобы замерзнуть, но достаточно холодно, чтобы понять, какая погода снаружи. Двери, расположенные через определенные промежутки между окнами, вели на слегка наклонную чердачную крышу, занесенную глубоким снегом.

– Со мной все в порядке, – послышался приглушенный голос. – Пожалуйста, уходите!

Бетти стояла у самого окна, спиной к Нику и уткнувшись лицом в сгиб локтя.

– В самом деле, не беспокойтесь. – Голос ее немного окреп. – Просто если бы я задержалась там еще на секунду, то наверняка бы закричала. А этого мне не хотелось.

У Ника хватило ума промолчать.

– Сначала вы и Г. М. Потом все эти люди, появляющиеся из люка и проваливающиеся вниз. Я так и не решила, смешно все это или ужасно трагично. – Она еще немного помолчала. – Вы когда-нибудь, в старые добрые времена, ходили на дурацкую выставку на Монмартре, под названием «Проклятье»? Так вот, мне всегда нравился театр Флавии, но сегодня он напомнил эту выставку. Не хватало только, чтобы с потолка спустилось и зашипело чучело змеи.

Ник остался на месте.

Высота здесь была немалая. Край чердачной крыши нависал над самыми зубцами стен. Дальше лежали заснеженные холмы, настолько белые, что отливали голубым. С того места, где стоял Ник, были видны две полые декоративные башенки.

– Там было слишком жарко, – сказал он, откашлявшись. – Не хотите ли… э-э-э… подышать свежим воздухом или чего-нибудь еще?

Может быть, Бетти не был нужен свежий воздух, но ее, как ему казалось, переполняли эмоции, которым требовался выход. Подойдя к одной из ведущих на крышу дверей, Ник взялся за ручку и потянул на себя. Дверь, хотя и не была заперта, застопорилась, а потом распахнулась под звон разлетевшихся льдинок. Бетти уронила руку, обернулась, и на ее лице отразился страх.

– Ради всего святого, не выходите!

– Я и не собирался. Но почему?

– Крыша только выглядит плоской. Это не так. В сухую погоду находиться на ней достаточно безопасно, но не зимой, когда снег и лед…

Порыв ворвавшегося в галерею ветра растрепал Бетти волосы, и Ник решил, что свежего воздуха ей уже хватит. Он захлопнул дверь, но она снова распахнулась. Вторая попытка дала тот же результат. Ник с силой захлопнул дверь в третий раз, и стекло треснуло, задрожало и с грохотом рассыпалось у его ног.