Онлайн книга «Золотой человек»
|
– Вон оно что… Той самой распутнице, которая и домом владела. Потому и атмосфера здесь такая… Г. М. обернулся и, упершись кулаками в бока, еще раз посмотрел поверх очков на буфет. – Послушай, сынок. На буфете была дорожка? – Что? – Дорожка. Такая, знаешь ли, узкая полоска ткани, которую кладут на буфеты и столы, чтобы поверхность не поцарапать. – Нет, дорожки точно не было. А почему вы спрашиваете? Г. М. указал на буфет: – А тебе не кажется, что все столовое серебро лежит по большей части в одном месте? Да, круглые предметы раскатились, некоторые даже далеко. Но посмотри на те, что потяжелее. Такое впечатление, что, пока Стэнхоуп и убийца дрались, кто-то схватил дорожку за край и дернул. Кстати, а царапины на серебре есть? – Да, на нескольких предметах. Г. М. оглянулся через плечо на камин. Затем его взгляд снова скользнул по диагонали к буфету. В какой-то момент на его лице отразилось изумление, но потом оно снова стало похожим на непроницаемую маску. – Вот откуда царапины, – выдохнул он. – Откуда? – Никогда не догадаешься. К этому моменту любопытство Ника достигло точки кипения. Он уже открыл рот, чтобы задать вопрос, когда в дверь едва слышно постучали. – Я решила сначала постучать, – заметила Кристабель Стэнхоуп, – на случай если вы занимаетесь отпечатками или еще чем-то в этом роде. Могу я войти? Она заговорила высоким, тонким и чистым голосом, и, едва услышав этот голос и увидев руки Кристабель, Ник почувствовал, что их ждут неприятности. Кристабель всегда окружала особая эмоциональная атмосфера приветливого спокойствия. Сейчас от нее не осталось и следа. Г. М. же сохранил ставшее привычным выражение простодушного увальня. – Чай, мэм? – Нет. Дело не в этом. – Присядете, мэм? – Рядом с этими ужасными предметами на столе? Нет, спасибо. По знаку Г. М. Ник очистил стол, убрав, помимо прочего, нож для фруктов и фонарик. Г. М. отложил свою сигару, после чего Кристабель согласилась занять его стул. В одной руке она сжимала скомканный носовой платок, в другой держала пудреницу из слоновой кости, которая также служила сигаретницей. – Будьте добры, закройте, пожалуйста, дверь в гостиную. Ник послушно исполнил просьбу хозяйки. – Пообещайте, что ничего из сказанного мной здесь не пойдет дальше. Опасность! Берегись! Ник покачал головой: – Боюсь, я не могу этого обещать, миссис Стэнхоуп. – Почему? – спросила Кристабель, постукивая сигаретницей по подлокотнику кресла. – Согласно кодексу судейских правил… – Извините, вы неверно меня поняли. – Она попыталась улыбнуться. – Вчера вечером вы сказали мне, что вас послали сюда в официальном статусе, во-первых, потому, – она подняла палец, – что Дуайт обладает значительным политическим влиянием, и, во-вторых, для того, – она подняла второй палец, – чтобы остановить его и предотвратить скандал, если он попытается инсценировать кражу со взломом ради страховки. – Да, миссис Стэнхоуп. – Не буду отрицать, Дуайт поступил умно. Но я почему-то не могу отделаться от ощущения, что его влияние сильно преувеличено. Вы и сами признали, что была еще одна причина, почему вас послали сюда. Ник опустил голову. Догадалась ли она, что это за причина? Он кивнул – она кивнула в ответ. Рот ее был чуть приоткрыт, крылья небольшого носа слегка трепетали. В правой руке она комкала носовой платок, в левой сжимала сигаретницу. Край чайного платья цвета морской волны касался пола. |