Онлайн книга «Дамочкам наплевать»
|
– Ну что ж, желаете адвоката – будет вам адвокат. Но если он здесь появится, вас сегодня же отправят в Нью-Йорк, чтобы тамошняя полиция поговорила с вами по-другому. Уж они-то вытрясут из вас все, что им нужно. Можете звонить вашему адвокату. Генриетта снова улыбается. Насмешливо. Она смотрит на меня как на что-то мерзкое, выползшее из-под камня. – Я понимаю свое положение, поэтому отвечу на ваши вопросы. Только чертовски жаль, что я не мужчина. Я бы сейчас отдубасила вас вдоль и поперек и выбила бы все ваше поганое самодовольство и тщеславие. И вот еще что, – Генриетта все больше входит в раж, – я нашла для вас более подходящее имя. Напрасно вас назвали Лемми. Вас следовало бы назвать Паршивцем. Это имя лучше отражает вашу натуру. Достаю лист бумаги, беру из стаканчика карандаш, потом жду. Подняв глаза, вижу, как Генриетта вынимает из сумочки сигарету. – А кто вам разрешил курить? – спрашиваю я. – Вы находитесь в отделении полиции. Задержанным курить запрещено. Уберите сигарету. Генриетта вспыхивает, краснеет от злости, но убирает пачку обратно. Я одновременно достаю из кармана пачку «Кэмела» и неторопливо выуживаю сигарету. Она смотрит, как я закуриваю. Чувствуется, Генриетта готова убить меня на месте и не пожалеть о содеянном. – Хватит артачиться, – говорю ей. – Приступим к вопросам. Какая одежда была на вас вечером двенадцатого января, когда вы приехали из Коннектикута в Нью-Йорк? Начните со шляпы. Она улыбается. Эта дамочка всерьез умеет выводить из себя. – Могу и не вспомнить. Как-никак прошло больше полугода. Но постараюсь. Вы, наверное, хотите знать все, вплоть до цвета моего нижнего белья. Генриетта награждает меня еще одной язвительной улыбкой, густо пропитанной ядом. – По правде говоря, я как-то не подумал о вашем нижнем белье, – усмехаюсь я. – Но раз уж вы вспомнили, расскажете и о нем! Она вскакивает со стула. – Вы гнусная горилла! – заявляет она, побелев от ярости. – Я… – Садитесь, сестренка, и довольно ваших выплесков, – говорю ей. – Мне нужно описание одежды, которая в тот вечер была на вас, включая цвет нижнего белья. Как помните, вы сами предложили. Если вздумаете упрямиться, мое терпение лопнет. Тогда я позову надзирательницу. Она вас обыщет, потом разденет догола и сфотографирует на предмет родимых пятен. Кстати, они очень помогают в поисках. Так что больше не злите меня и отвечайте на мои вопросы как пай-девочка. Генриетта плюхается на стул. Она почти задыхается от злости. – Итак, дорогуша, – спокойным и почти нежным голосом говорю я. – Возвращаемся к вашей одежде. Начнем с головы. Какая шляпа была на вас? Проходит минуты две, прежде чем Генриетта вновь обретает способность говорить. Вижу ее трясущиеся руки. Наконец она раскрывает рот. – На мне была не шляпа, а шапочка из каракуля, – дрожащим голосом произносит она. – Такие шапочки называют «ток»[8], но вы вряд ли об этом знаете. На мне была цигейковая шуба. Под шубой – черный костюм и белая шелковая блузка. На ногах – бежевые чулки и черные кожаные туфли на высоком каблуке с серебряными пряжками. На руках – черные замшевые перчатки с раструбом. – Какой изящный гардероб, – усмехаюсь я. – Жаль, я не видел вас в тот момент. Должно быть, выглядели как с обложки журнала. Кстати, как насчет нижнего белья? |