Книга Вы не поверите!, страница 102 – Питер Чейни

Пусть Ардена мерзавка и обманщица, мне ее жалко. Она сидит с отвисшей челюстью и пялится на Зельдара. А он и его приспешники улыбаются, как стая шакалов, наткнувшаяся на свеженькую, сочную тушу.

– Это что же, вы мне вообще ничего не заплатите? – тихо спрашивает Ардена.

Зельдар подливает ей шампанского.

– Боюсь, что да, дорогая, – усмехается он. – Я вас искренне благодарю за оказанные услуги. Превосходное вино, которое вы пьете, – это все, что причитается.

Щеки Ардены становятся ярко-красными.

– Гнусный обманщик! – взвизгивает она. – Это что за чертовщина? Если вы не собирались платить, зачем вообще тащили меня на этот гребаный корабль?!

– Тише, тише, малышка, – вкрадчиво увещевает ее Зельдар. – Ничего хорошего скандал вам не принесет, разве что немного позабавит нас. Мы никак не могли оставить вас на берегу. Без вас мы бы не заполучили лоцманов, которых дурень Глойдас успел нанять раньше, чем налакался. Мог ли я после всего случившегося оставить вас в Дельфзейле? Конечно нет… Вы бы потом открыли свой очаровательный ротик и много чего рассказали полиции и газетчикам. С нами вам гораздо безопаснее.

– Боже мой! – вырывается у Арденны. – Вы хотите сказать…

– Я хочу сказать, что вы должны приготовиться к долгому пребыванию в Германии. Вы научитесь самообладанию. Ведите себя правильно – и не будет никаких проблем. А если вздумаете строить из себя героиню, вам быстро объяснят, что такое дисциплина.

Зельдар смотрит на обоих парней и самодовольно ухмыляется.

– Я стараюсь учитывать любую мелочь, – говорит он. – Мой принцип – не оставлять свидетелей. В данной операции их не будет. Коушена и Перринера ликвидируют, а вы, фрейлейн, останетесь в Германии. Так что пейте вино и радуйтесь жизни. Как говорил наш великий немецкий философ, женщины созданы исключительно для услады воинов^[28]. Вот и станьте, Ардена, непревзойденной мастерицей в этом деле. Поверьте, вы не пожалеете.

Ардена разражается потоком брани. Кажется, вот-вот бросится на Зельдара с кулаками. Она разъярена до крайности. Будь у нее пистолет, наверняка ухлопала бы это ухмыляющееся ничтожество.

В этот момент дверь открывается, и Франц вталкивает Бадди. Вид у парня совсем неважнецкий. Его щедро окатили водой, которая и сейчас тонкими струйками стекает на пол. На голове красуется шишка величиной с яйцо сказочной птицы Рух.

Едва взглянув на Бадди, Ардена подскакивает к нему и лупит по физиономии. Треск такой, словно его огрели кнутом.

– Ах ты, поганец! – кричит она. – Если бы ты не запал на меня, а меня не втянули в это чертово похищение, я бы не оказалась в такой заднице. Я тебя сейчас порву в клочья! Я тебя…

Она задыхается от негодования. Бадди, которого и так шатает из стороны в сторону, что-то бормочет, но Ардена влепляет ему новую пощечину. Он сползает по стене на пол. Зельдар и остальные громко хохочут. Для них это дополнительный номер в сегодняшней программе развлечений.

– Ардена, может, ты успокоишься? – не выдерживаю я. – К чему шла, то и получила. Разве тебе не говорили, что за преступления не платят?

– А ты вообще заткнись, коп! – орет она. – Иначе и тебе в пасть заеду! – Она плюхается на стул: – Что за безумие? Я-то чем провинилась? – Она зажимает голову в ладонях и начинает плакать.

Зельдар смотрит на своих дружков и усмехается: