Книга Тайна графа Одерли, страница 72 – Альда Дио

– Конечно, Тони.

Он отступил, выпуская меня из укрытия. Под взглядами всех четверых я засеменила по коридору в сторону чердака. Не успела свернуть к парадной лестнице, как шаги возобновились, и я, прижавшись спиной к холодной стене, осторожно выглянула за угол.

Три крупные фигуры, на фоне которых Тони казался неуклюжим мальчишкой, по очереди исчезли в кабинете экономки.

Портрет. Вот вы и пришли, чтобы уничтожить его. Поэтому кабинет был не заперт. Констанция ждала вас. А Тони, встав, по обыкновению, до первых лучей, служит вам проводником, пока все спят.

Я вспомнила слова Софи, которая защищала его в разговоре с Бекки в деревне. Вот вам и хороший парень. С убийцами якшается да поручения Жестокого Графа исполнять помогает.

Человек, что был мне нужен все это время для знакомства с убийцами, – это щербатый Тони?

Какая-то злая, рваная улыбка вспыхнула на лице. Захотелось разрыдаться и стечь на пол, но я не могла. Нужно было возвращаться на чердак и отдохнуть перед новым рабочим днем. Поэтому пришлось взять себя в руки, вновь стать сильной и продолжить жить эту жизнь с новым потоком обрушившейся информации.

* * *

Возвращаться к работе экономка запретила под угрозой розог, а на чердаке стало невыносимо скучно. Я перестелила постель, перебрала личные вещи в общем сундуке, пересчитала накопления, написала еще одно письмо Энни. Времени до обеда оставалось полно, поэтому выудила дневник и принялась писать все, что болезненному сознанию удалось запомнить.

«Анкер. Господин Эттвуд, личные счеты. Хочет присмотреться к нему, Ричард предложил позвать в гости. Охота с лордом Бэллом. Портрет графа кисти Альберта Аддингтона. Без шрама. Шепелявый Тони и три убийцы».

Вот и все, что вышло из-под пера, хотя яркие вспышки последних дней слепили совсем другим: как ринулся ко мне. Как неистово горели глаза его, когда прижал к себе и вопросил: «Кто ты такая?» Как длинные пальцы бродили по моему запястью, когда сам он сидел подле постели.

Я встряхнула головой, отгоняя бредни. Если раскроет, пальцы, что касались ласково, без колебания станут удавкой на моей шее.

Убрав дневник между хлипким изголовьем и стеной, я рухнула на кровать. Дощатый потолок над головой почему-то казался роднее выбеленного господского. Уставившись на его трещины, я копалась в скомканных мыслях, и сама не заметила, как сон укутал тяжелым одеялом грез.

– Джесс… А ну, просыпайся давай, тож мне попадет потом, что долго тебя вела!

Обиженный голос Бекки со скрипом продирался сквозь завесу сна. Веки были слишком тяжелы, чтобы их открыть, а потому я лишь недовольно промычала.

– Я тебе дам! А ну, вставай! Доктор ждет, давай же! – Крепкие руки затрясли за плечи.

– Бекки-и-и, я хоть и скучала по тебе, но теперь вот – нет.

– Да что ж это такое? Экономка за тобой послала! Доктору показаться. Умойся быстро и идем!

Жалобно скуля, я поднялась и подбрела к медному тазу с ледяной водой. Он, не в обиду Бекки, сразу же взбодрил меня.

– Как ты, Джесс? Мы с Джеком так переживали за тебя! – Все еще сидящая на кровати подруга неотрывно смотрела на меня. – Ходить к тебе хотели, да экономка не пускала! Говорила, нечего заразу разносить, мы тут голову и ломали! А я ведь переживала о тебе! – Рука ее прижалась к пышной груди, а серые глаза заблестели.