Книга Мраморный слон, страница 73 – Наталья Звягинцева

– Что ж, – кивнул граф, – очень похоже на отравление. А не заметил ли ты какой-нибудь посуды в комнате?

– Да, точно, только не посуда, а плетёная корзинка у кровати стояла, а в ней то ли сухари, то ли печенье, не помню… Хотите, я сбегаю и ещё раз всё осмотрю?

– Не стоит, доктор Линнер хорошо знает своё дело, и его отчёт я надеюсь вскоре увидеть. Пока мне достаточно информации.

Вислотский вновь развернулся к столу. Он уже распределил фигурки группами и теперь решил пояснить:

– Эта парочка слонов – Рагозина и Зорин, самое старшее поколение. Следующие два – большой и поменьше – это мать и сын Лисины. Эти два – Варя и…

– И Борис! – радостно воскликнул Василий.

– И Лукас Грин, – во взгляде графа проскользнуло некоторое разочарование. – Борис – вот этот слон, – граф указал на фигурку из ещё одной пары.

– А рядом с ним Елизавета Антоновна? – неуверенно спросил Громов.

– Верно. А про последних что скажешь?

Василий обрадовался. Один из трёх оставшихся и неназванных слонов был фиолетовый, значит, хоть здесь ошибки не будет.

– Фирс Львович Мелех, – поспешно сообщил адъютант и указал на светло-фиолетовую фигурку из камня. – А эти… – он задумался. – Если внимательно посмотреть, то они чем-то похожи, оба белые, оба стоят свесив носы, и оба с небольшими сколами. Что бы это могло значить?

– Ровным счётом ничего, – левая бровь графа взлетела вверх, а губы расползлись в подобии улыбки. Слова Громова его сильно позабавили. – Хотя есть что-то в твоём замечании. Есть между этими персонами сильное сходство, но, пожалуй, только одно.

Василий с надеждой воззрился на начальника. А тот, не думая давать подсказку, улыбался и ждал. Сильно засопев и стиснув зубы, Громов стал перебирать в голове возможные варианты подозреваемых. Значит, у них есть одно сильное сходство. Что же это? Почесав в затылке, он снова уставился на фигурки.

– Они оба иностранцы! Французы? – Громов с облегчением увидел довольное лицо своего начальника. – Значит, это экономка Агата Дабль и… вероятно, главный повар княгини месье Ришар. Больше французов здесь нет. Только вот зачем он в этой компании? Ведь полковник Смоловой его даже за человека не держит, отправил на допрос в управление, хотя некоторых слуг здесь опрашивал. Мелкая сошка этот повар.

– Мелкая с одного ракурса, а с другого – не очень, – Николай Алексеевич сморщился и с силой вцепился в трость. – Надо бы мне отдохнуть недолго, попроси, Василий, чтобы камин разожгли.

Когда пламя в топке весело разгорелось, граф с облегчением вытянул больную ногу поближе к теплу. Вислотский и Громов сидели в креслах перед огнём.

– Есть ли у тебя предположения, почему именно этих слонов я выбрал? – спросил Вислотский.

– Я уже думал об этом, но что-то ничего толкового в голову не приходит.

– Тогда не буду тебя утомлять, скажу сразу, есть у всех этих персон очень веский мотив желать смерти княгини Рагозиной. Как мы уже приняли за факт, Анна Сергеевна была убита по ошибке, а убийца метил именно в Анну Павловну. Так вот, этот мотив – большие деньги, наследство княгини.

Громов встрепенулся. Если быть честным, про мотив преступления он и не думал, а, видимо, следовало. Вот граф повёл свои размышления именно от мотива.

– Конечно, за исключением самой княгини, но её я включил для того, чтобы не терять из поля зрения и проверить, была ли она заинтересована в смерти внучки. Итак, у всех десяти подозреваемых общий мотив. Об этом княгиня мне рассказала при личной беседе, – граф откинулся на спинку кресла и, прикрыв глаза, монотонно продолжил: – По завещанию Анна Белецкая получает два миллиона рублей и все дома и деревни княгини, включая этот особняк.