Книга Последнее фото, страница 56 – Дмитрий Ковальски

— Вы же сами видели этот снимок — лицо закрыла вуаль, а узнал он ее по родинке, довольно спорная деталь. Запомните, что очень просто обмануть человека, который хочет верить. Этим и пользовался Мастер.

— Видимо, Георгий Александрович верить перестал, раз его убили, — заключил Савелий.

— Возможно, но я вернусь к фотографии. Затем, когда они приглашали человека и делали снимок, трафарет уже стоял в камере. Так что проявить на бумаге не составляло труда. При этом все это делали в присутствии гостя, чтобы избавить его от всяких сомнений.

— Гениально, — восхитилась Настя, — то есть я хотела сказать, что вы их раскусили гениально, а не то, что они придумали.

Николас улыбнулся. Настя спешно схватилась за кружку и поднесла ее к лицу. Правда, чая там не было, но зато она закрыла красное от смущения лицо.

— Признаюсь, я восхищен их задумкой. И браво тому, кто придумал накладывать изображение, — сказал Николас. — Вот только из-за них меня хотят судить за убийство, так что я вынужден раскрыть их тайну.

— Как же вам это удастся? — спросил Петр Алексеевич.

— Завтра утром я получу трафарет, и останется дело за малым.

Он отхлебнул холодный чай, и, довольный, подумал о том, что солнце село, а приступ не наступил. Если так дальше пойдет, то он раз и навсегда покончит с дурной привычкой.

— Рад слышать, — сказал Петр Алексеевич. — Но когда вы приступите к первой главе? И вы обещали навести порядок в квартире, как закончите.

До восхода солнца оставалось не больше часа. Хотя, возможно, сегодня рассвета и не будет вовсе. Николас взглянул на затянутое серыми тучами небо — явно будет дождь.

Хотя так даже лучше. Тени от деревьев и домов красили город в привычный серый цвет, что так удачно сливался с серым писательским костюмом. Так что до Думской улицы Николас дошел без приключений. Даже не ощутил слежки. Видимо, остроносый и круглолицый сегодня устроили выходной. Писатель улыбнулся. Маленькая победа над одной из загадок Мастера принесла отличное настроение.

Этим утром под напором писателя он наверняка признается во всех своих грехах и выдаст подельников. Возможно, Мастер не планировал убийства, но судьба распорядилась иначе. И теперь ему страшно, ведь сыщики обязательно найдут доказательства вины. Поэтому он без лишних вопросов согласился отдать фотографию.

Ведь у Николаса было преимущество. Он знал их секрет. А значит, имел право потребовать с него трафарет — стекло с негативом.

Время шло, и назначенный час — рассвет — уже давно минул, но Мастер так и не вышел. Он мог запросто обмануть писателя. Такой поступок, скорее всего, был для него нормой. Все его сеансы — один сплошной обман.

С каждой последующей минутой писатель все сильнее сомневался. В конце концов он решил, что зря доверился и прождал все утро. Но уйти ни с чем он не мог. Нужен был трафарет, чтобы доказать собственную невиновность и направить сыщиков по верному следу.

Николас подошел и проверил дверь черного хода. Открыта. Очередное везение? Вчера все получилось. Ну, почти все. Он незаметно проник и так же незаметно покинул ателье. Тем более он знал, в какой комнате стоит камера и проявляют снимки. Там же должен храниться трафарет.

Однако нерешительность росла. Почему вот уже во второй раз дверь не заперта? Возможно, его втягивают во что-то дурное либо приготовили ему ловушку.