Книга Парасомния, страница 84 – Дмитрий Ковальски

Джонатан издал тихий всхлип.

– Эти письма – тайна, как и наш роман. Мы встречаемся редко, и каждая ночь для меня награда…

– Ваши романтические похождения нас не интересуют, – прервал его инспектор. – Вам этого хватило, чтобы поверить в то, что он ваш сын?

– Да. Но и его глаза – они напомнили мне о ней…

– Достаточно. Я думаю, что вас обвели вокруг пальца, – подытожил инспектор.

– А письма они могли найти в одном из домов, которые ограбили до этого, – продолжил его версию сержант. – Я согласен с инспектором, выглядит как обман.

– О чем вы с ним говорили, когда встречались?

– Я пытался его убедить покинуть город, даже отдал ему свои сбережения, но он был непреклонен.

– Он говорил о тайнике?

– Нет, спросил лишь, где кабинет мистера Брукса.

– И что вы ему ответили?

Джонатан виновато посмотрел на Нормана и неуверенно ответил:

– То, что найдет он там лишь пустые бутылки…

Сержант усмехнулся, глядя, как Норман под эти слова открывает очередную бутылку.

– Когда вы договорились встретиться в следующий раз? – спросил Чарльз.

– Завтра утром на нашем месте в старом квартале, я могу показать.

– Вы завтра отправитесь с ним на встречу, Гарп составит вам компанию.

Чарльз посмотрел на Гарпа.

– Как вы себя чувствуете?

– Достаточно хорошо для утренней прогулки.

– Может, мне пойти? – предложил сержант.

– Нам стоит проверить пару мест, где, предположительно, могут быть преступники. Гарп, у меня к вам будет просьба.

– Слушаю.

– Возьмите его живым.

5

Чердак особняка походил больше на жилой этаж, нежели на подсобное помещение. Старая мебель, небрежно покрытая серой от пыли тканью, создавала иллюзию застывших призраков, мирно спящих в темноте. Пространство было разделено на несколько комнат, большую часть которых завалили старыми вещами. Сначала Ману планировал остаться на первом этаже и послушать беседу полицейских, но голос четко дал понять, что делать это не нужно.

Стоило попасть в этом дом, как голос стал наглее вторгаться в его разум. В прошлом Ману мог не слышать его неделями и каждый раз содрогаться от его появления. Но в последние сутки он звучал в его голове достаточно часто, чтобы магический эффект, заставляющий трепетать, ослаб, даже вызвал раздражение. В такие моменты Ману ощущал себя марионеткой без собственной воли, чего прежде с ним не случалось. Но мысли ослушаться голоса не возникало. Он поступил так единожды и чуть было не поплатился жизнью.

Было у голоса и еще одно удивительное свойство – он залечивал раны. Любой порез или пулевое ранение затягивались в течение нескольких часов. Процесс этот проходил довольно болезненно – рана начинала гореть изнутри, оставляя легкий дымок. Со временем Ману свыкся с сопровождающей лечение болью и перестал ее замечать.

Выждав немало времени, когда полицейские закончат обход дома в поисках преступников, Ману поднялся на чердак, стараясь использовать тайные проходы и коридоры между стен. Оказавшись на месте, он устроился в старом кресле некогда изумрудного цвета с золотистой бахромой в дальнем углу, ближе к окну, ведущему на крышу. Оттуда открывался хороший обзор на дверь, ведущую на чердак, так что в случае неожиданных гостей был шанс уйти через крышу. Ману положил ноги на кофейный столик, откинул голову, закрыл глаза и погрузился в мысли.

Голос знал, что все произойдет именно так. Этого он и хотел – сфокусировать внимание закона на выживших преступниках и позволить действовать из тени. Если бы он не оказался в тот момент в коридоре, то о его существовании никто бы и не знал. Но сейчас они знают и понимают, что он не в ладах с бандой. Вопрос только в том, будут ли они его искать.