Книга Загадка трех убийств, страница 93 – Валерий Шарапов

Кулумбетов кивнул, поблагодарил и, поднявшись к себе, сразу связался с Равчеевым, передав ему детали разговора и маршрут.

Весь день прошел в напряженном ожидании. Кулумбетов несколько раз выходил в город, возвращался, делал вид, что звонит по служебным вопросам. В два часа дня в гостиницу прибыл старлей Духовенко под видом курьера. Все через того же Сиволапова он вызвал в холл Кулумбетова и передал ему «дипломат», размером тридцать на сорок пять сантиметров, с металлическими защелками и кодовым замком – невиданная роскошь даже для Москвы, не говоря уже о провинциальной Костроме. Кулумбетов отвел курьера в сторону и, открыв «дипломат», проверил содержимое. Сделал он это так, чтобы администратор Сиволапов, пусть и краем глаза, мог видеть, что в чемодане лежат деньги.

Удовлетворенный осмотром, Кулумбетов отпустил курьера и вновь поднялся в номер. После этого майор Равчеев перешел к заключительной фазе подготовки к операции: на всем пути следования Кулумбетова были расставлены патрули и наружное наблюдение, каждый переулок на пути следования, а также сквер взяты под контроль.

Вечером, когда гостиница погрузилась в ленивую дремоту, Сиволапов позвонил кому-то по телефону, после чего в холле появился Чилкин. Он мельком взглянул на Кулумбетова, которого старший администратор вызвал в холл «заполнить бланки», затем отошел в сторону и стал просматривать буклеты, разложенные на журнальном столе. Равчеев, наблюдавший за происходящим из машины, сжал кулаки. «Вот ведь подонки, ничего не боятся, – злился он. – Уже почти в открытую действуют. Ну ничего, сегодня закончится ваша малина.

Чилкин пробыл в гостинице минут десять, после чего ушел. Кулумбетов к тому времени поднялся в номер, а через полчаса у гостиницы появился Сухой. Он облюбовал себе скамейку, сел на нее и начал лузгать семечки, не заботясь о том, чтобы собрать шелуху. Вскоре вокруг его ног лежал ворох свежей шелухи. Так продолжалось ровно до шести часов вечера, когда капитан Кулумбетов, увешанный дорожными сумками, попрощался с администратором, вышел из гостиницы и двинулся по «рекомендованному» маршруту. Он выглядел расслабленным, будто действительно решил прогуляться перед долгой поездкой, но на самом деле был готов к любому развитию событий.

Равчеев оставался в машине до тех пор, пока Сухой, стряхнув с колен шелуху и высыпав на землю остатки семечек, не двинулся следом за Кулумбетовым. Тогда он тоже вышел из машины и отправился следом. Он старался держать дистанцию, чтобы не спугнуть Сухого. Тот был настороже, то и дело озирался по сторонам, но Кулумбетова из вида не упускал.

Когда до сквера оставалась всего пара десятков метров, Сухой вдруг перешел на бег. Такого поворота Равчеев не ожидал. Он лихорадочно соображал, что предпринять: бежать следом или продолжать движение за Кулумбетовым и надеяться, что на него не нападут раньше, чем подоспеет патруль? Бежать означало привлечь внимание Сухого. Вряд ли он не отреагирует на бегущего следом мужика. Если Сухой его раскусит, вся операция полетит в тартарары. Но что будет, если Сухой доберется до места гораздо раньше оперативников и патруля? Об этом Равчееву даже думать не хотелось! И все же он принял решение идти дальше. Он прибавил шаг, но двигался точно по маршруту капитана.