Книга Тропой забытых душ, страница 89 – Лиза Уингейт

Я содрогаюсь. Нервы после целого дня работы на месте гибели человека сильнее обычного напряжены. Запустив пальцы под форменный ремень, я сжимаю его кожу в ладонях.

– Что ж, слухи подобны мухам, не так ли? Где сядут, там им и хорошо.

Мирна оглядывается куда‑то в сторону Уайндинг-Стейр.

– Мама мне рассказывала. Она видела разные вещи… привидений, злых духов в человеке. – Лампочка над крыльцом отбрасывает неровные тени на ее морщинистое лицо, когда она вновь оборачивается ко мне. – Здесь когда‑то жил один мужчина. Сущий дьявол. У него были прачечные в разных городах. На работу он брал маленьких девочек – сироток или тех, чьи родители нуждались в деньгах. Он забрал сводную сестру моей мамы, Эвелин. Увез ее с фермы возле Лысой горы. Пытался и маму забрать, но она разглядела в нем дьявола, закричала, ее вырвало, а после этого упала в обморок, и он не стал ее забирать. Об Эвелин семья больше не слышала. Тот человек делал страшные вещи. Ужасные вещи. Хоронил тела в горах. Здесь, в Талиайне, он и встретил свой конец. Горожане вытащили его из прачечной и уволокли в горы, чтобы он расплатился за свои грехи. Тело оставили на поживу койотам и волкам. Этот человек-дьявол до сих пор бродит ночами, собирая себя по кусочкам.

– Впечатляющая история. – Я вспоминаю о пещере и найденных скелетах детей.

«Стоп, – одергиваю я себя. – Не слушай ее». Если какие‑то ответы я и получу, то точно не от этой ведьмы.

– Суда не было, – Мирна тихонько цокает языком. – Так что даже в суде не проверить, но старики все помнят. Будьте осторожны в горах.

Я снимаю шляпу, вытираю лоб, чтобы собраться с мыслями, и возвращаю ее на место.

– Мэм, я просто заехала, чтобы задать Сидни еще пару вопросов о ее брате.

Дешевый ужастик сменяется неприкрытым любопытством. Нос Мирны вдруг поворачивается в мою сторону, а голос становится нормальным.

– У парня проблемы с законом?

– Пока нет.

– Я уже ничему… серьезно, ничему не удивлюсь. Эта девчонка, которая у меня сейчас живет… Воспитана исключительно дурно. Если бы я не нашла у себя местечко для нее, когда Элтон Паркер выяснил, что ребятишки остались одни, Сидни угодила бы в настоящий приют к буйным подросткам и преступникам. Но она ничуть не благодарна ни мне, ни мистеру Паркеру. Ни капельки.

Я пытаюсь упорядочить поток информации.

– Иногда детей трудно понять. Уверена, в подобных ситуациях это особенно сложно.

– О да, мэм. Я столько могу рассказать!

«Не сомневаюсь».

– Может, ее соцработник мог бы связаться…

– У нее нет соцработника. Все организовал мистер Паркер. Как я уже говорила, он пытался оказать услугу детям и Сороке Блэквелл, уберечь их от судебной системы, чтобы Брейден встал на ноги, нашел работу, а когда ему исполнится восемнадцать, стал бы опекуном сестры… Или бабушка, поправив здоровье, вернулась бы домой. Мистер Паркер не хотел, чтобы в суде узнали, что Сорока угодила в больницу и оставила внуков без присмотра. Он позаботился обо всем ради нее.

Хотя эта история более или менее соответствует словам Сидни, в устах взрослого она звучит просто нелепо. Взбалмошный семнадцатилетний юнец должен стать опекуном сестры? Бабушка со средствами и связями не сумела найти того, кто приглядит за детьми?

Приступ кашля Мирны прерывает ход моих мыслей.

– Милочка, о брате Сидни я могу сказать только, что он давненько к нам не заглядывал и это огорчает девчонку, – сипит она, наконец прокашлявшись. – Но в нашем деле понимаешь, что люди не всегда держат обещания. Даже данные родным. Сидни еще больше расстроится, если вы заговорите с ней о брате. Если бы она получила от него вести, я бы узнала.