Книга Тропой забытых душ, страница 50 – Лиза Уингейт

На той стороне игровой площадки разгорается ссора из-за качелей.

– Эй, там, у качелей, хватит! – кричит Джоуни. – Коди и Коул, прекратите немедленно, или я сдам вас этой женщине из полиции!

Я напрягаюсь. Меня бесит, когда полицией пугают детей.

– Прошу прощения, – виновато морщится Джоуни. – Эта парочка тоже от миссис Уомблс. У нее всегда самые трудные дети. Тот, что слева, он… – Воспитательница рассказывает печальную историю об обоих мальчишках, чья мать – наркоманка, которая «не способна взять себя в руки».

От этого щемит душу, а знать совсем не хочется. Терпеть не могу проблемы, которые не в силах решить.

– На самом деле, возможно, на некоторые мои вопросы можете ответить и вы. Я ищу информацию о брате Сидни. Не знаете, где его найти?

– Брейден Лейси? Нет, мэм, – Джоуни с любопытством смотрит на меня. – Поспрашивайте у женщин у себя в офисе… или у миссис Уомблс, когда она объявится. – Быстрый взгляд на часы. – Осталось чуть больше часа… до закрытия. Нам пора внутрь.

– Вы знаете Брейдена?

– Ну, не особо. Он одно время встречался с моей двоюродной сестрой. Где его искать, не знаю.

– Понятно.

Я держу паузу. Тишина беспокоит людей. Они ощущают потребность заполнить ее. Информацией.

– То есть последнее, что я слышала: он жил в Антлерсе со своей бабушкой, старой Сорокой Блэквелл. У его семьи есть земля во всех трех графствах. Они раньше выращивали кучу скота, но, наверное, перестали после того, как Сорока состарилась. Не знаю. Муж ее умер давным-давно… И их единственный сын – тоже. Отравились угарным газом в охотничьем домике где‑то на их землях.

– Ох… Ужас, – я снова умолкаю, ожидая еще порцию информации.

Если Блэквеллы владеют значительной собственностью, включая ранчо в Антлерсе, становится еще труднее объяснить, почему никто не пытается разыскать Брейдена, а Сидни оказалась в Талиайне, в приемной семье. Как это произошло?

– Потом, как я слышала, старая миссис Блэквелл умерла, и государство забрало часть ее земли под парк, поэтому теперь они разорились, и ее пришлось хоронить в Оклахома-Сити, потому что это бесплатно, ведь она когда‑то была видным политиком штата.

– Ясно.

Процентов восемьдесят всего этого не имеет смысла. Под парк земли частных владельцев не забирали, в богадельни никого не отправляли, и вряд ли бывших политиков бесплатно хоронят в Оклахома-Сити.

– Значит… вы не знаете, где в последнее время живет Брейден?

– Нет, мэм. То есть я слышала, что он работал в «Паркер констракшен» и жил там при складе. – Она смотрит в сторону; коснувшись пальцами сережки, начинает ею поигрывать. – Они совсем не похожи: Брейден и Сидни. И только наполовину родные. Брейден рыжий – рыжее не бывает. Не «рыжеватый на солнце», как вы. По-настоящему рыжий. Как увидите, не ошибетесь.

– Это полезно. Спасибо.

Я поправляю бейсболку и готовлюсь ускользнуть, не привлекая внимания детей, которые уже позабыли обо мне. Даже Сидни наконец ушла.

– Простите, что не смогла оказаться более полезной. – Джоуни снова смотрит на часы, делает пару шагов в сторону игровой площадки, но останавливается и оборачивается. – У него проблемы? У Брейдена.

– У вас есть причины считать, что у него могут быть проблемы?

– Просто надеюсь, что их нет, вот и все. Никогда не слышала о нем дурного. Такой тихий, умный, любит все военное, но ничего плохого. Он не… не ввязался во что‑нибудь?