Книга Последний выстрел, страница 156 – Эмма Пиньятьелло

– Не говори так. – Она нахмурилась. – Терпеть этого не могу. Скажи что-нибудь другое.

– То, что ты просила не говорить?

Она вскинула бровь.

– Макс.

Она сглотнула.

Он встал, но она не отступила. Он взял ее лицо в свои ладони, чувствуя, как запульсировала жилка у нее на горле.

– Я всегда буду выбирать тебя.

Макс

Больше всего на свете Макс хотела быть как можно ближе к нему. Чтобы его губы были на ее губах, шее, груди. Ей, которой никто не был нужен, которая со всем справлялась сама и была самостоятельной с шестнадцати лет, которая прошла через тюрьму, теперь был нужен Грейсон Хоук. Нужен во всех смыслах и во всех отношениях.

Между ними было столько всего, что еще требовалось сказать, но у нее оставался последний шанс все исправить.

– Ты доверял мне настолько, что оставил свои часы. Ты знал, что я вернусь.

– Да, – выдохнул он, не выпуская ее лицо из своих ладоней и словно ожидая чего-то.

– Но ты сказал, что между нами ничего нет, что я не в твоем вкусе. Ты в самом деле это имел в виду? – Она опустила глаза, потому что не верила в себя, чувствовала, что рассыплется, если увидит хоть намек на ложь в его глазах.

– Ты не в моем вкусе, – сказал он, и она почувствовала, как мир затрещал и раскололся у нее под ногами. – Потому что я никогда не позволял себе влюбляться в таких женщин, как ты. Красивых, умных, очаровательных. Ты – все, о чем предупреждал меня отец, то есть человек, которого я считал своим отцом. В тебе есть все, чего он учил меня бояться – и даже ненавидеть это. Как в сказках про Большого Злого Волка. После того как мама ушла, он внушил мне держаться подальше от таких, как ты. Знаю, звучит по-детски, убого, но ты должна понять: каждый, кого я встречал, каждый друг, каждая девушка, которая мне нравилась, – все лишь подтверждали его пророчество. Люди сближались со мной только с расчетом, что я помогу им войти в круг Барбарани. Даже если кому-то и нравился я сам, я не подпускал их к себе, потому что подозревал худшее. Но потом я встретил Софи и подумал, что, может быть, старик ошибался. Может быть, эта прекрасная, успешная женщина действительно ко мне неравнодушна.

Макс положила ладонь ему на грудь, чувствуя, как колотится его сердце под ее пальцами, в кончиках которых тоже бился похожий неровный пульс.

– Я разговаривала с Софи на гала-шоу, до… всего этого. Знаю, она разбила тебе сердце, когда опубликовала ту статью. Потом тебе казалось, что она была с тобой только ради сенсационной истории о Барбарани. Но я не думаю, что это так.

Он резко мотнул головой.

– Мне уже все равно, что сделала Софи. Я просто пытаюсь объяснить тебе, почему я был… почему я такой…

– Разочарованный? – Она коснулась его шеи, притянулась ближе, и ее захватил вихрь его участившегося дыхания. Он положил ладони ей на плечи, и большие пальцы скользнули по бретелькам майки.

Но в уголке ее сердца все еще оставался осколок стекла.

– Ты знаешь, что я была планом Б? – спросила она.

Его глаза были полны тем, чего она не ожидала в них увидеть. Не просто желанием, а чем-то большим. Тем, что было необходимо ему, чтобы жить. Но он моргнул, и страсть смешалась с растерянностью.

Она не могла позволить ему приблизиться – осколок только проник бы глубже.

– Это все моя вина. Все. Если бы я не… продавливала так настойчиво версию со Скиннером, мы могли бы раньше догадаться, что задумала Фрэнки. Мы бы связали Эсме, ЭДП и Либби.