Книга Агнес, страница 128 – Хавьер Пенья

Всю дорогу до места происшествия Peca без остановки ворчит. Очень надеется, что их побеспокоили не из-за какого-то там пустяка. Слова начальника пожарной части, где служит Рускус, вроде как подразумевали, что он будет весьма расстроен, если обойдется без трупов. Что было потной противоположностью чаяниям Рускуса, он-то всем сердцем надеется, что речь идет о пустяке, о незначительном столкновении, и привлечение к делу пожарных — чистой воды перестраховка. Он говорит себе, что его желание гораздо более человеколюбиво, чем желание коллеги. Возможно, капралу Рускусу было бы не грех напомнить, что минутой раньше самое страстное его желание заключалось в том, чтобы ДТП оказалось в компетенции пожарной части парка Ордеса. Так что в приоритете у него благополучие не водителей и пассажиров, а его собственное. Ему совсем не улыбается целую неделю ощущать, что в горле сидит ящерица, как в тех бутылках крепкого алкоголя с ящерками внутри из китайских ресторанов во времена его детства.

Ящерица проползает чуть выше еще на подъезде к трассе номер шестьсот тридцать четыре. Шоссе перекрыто, полиция перенаправляет поток машин в объезд, по второстепенным дорогам. Вдали виднеется попавшая в ДТП машина или же то, что от нееосталось. То, что этот предмет не что иное, как машина, он понимает по колесам. Переднюю часть машины так сплющило, что серый капот напоминает смятую в ком фольгу.

— Могу сразу тебе сказать: в этой «микре» все покойники, — объявляет сержант Peca.

— А откуда ты знаешь, что это «микра»?

— Черт, да ты в машинах ни хрена не разбираешься, Рускус. Слушай, а с какого перепугу ты в пожарные-то подался?

Рускус не отвечает. Вообще-то пожарные тушат пожары. Когда ему сказали о необходимости извлекать трупы, было уже слишком поздно.

В тридцати метрах, на довольно приличном расстоянии от «микры», виднеется «Ауди Q5» с сильно поврежденной передней частью. Оба автомобиля сохраняют нормальное положение, хотя в случае «микры», не будь колес, определить, где верх, а где низ, было бы трудно.

— Пассажиры с задних сидений «ауди», — вещает Peca, — могли выжить. Да что там, я готов об заклад биться, что живы, если, конечно, там вообще кто-то есть. Вот водитель и пассажир спереди — не, эти погибли. Лобовое столкновение, причем жуткое. Сравни «ауди» и «микру», и сам поймешь, у кого преимущество. Приготовься увидеть кое-что интересное вон в той серой куче. — Он указывает на маленький автомобиль, напоминающий аккордеон.

Ящерица Рускуса совершает кувырок. Интересно, как его коллеге удается с таким спокойствием рассуждать о живых и мертвых?

Пожарные выпрыгивают из грузовика. На шоссе, в огнеупорном костюме Рускус чувствует себя полным идиотом. Он всегда чувствует себя идиотом в форме пожарного в отсутствие пожара.

Два гражданских гвардейца с самыми серьезными лицами приветствуют их, вскинув руку к виску. Рядом с ними стоит полная смуглая женщина с ребенком лет полутора, тот монотонно, на одной ноте, плачет.

— Добрый вечер, — говорит старший по званию, — приступайте к извлечению трупов из «нисана-микры», будьте добры. По нашим прикидкам, их три.

Сержант Peca адресует торжествующий взгляд Рускусу. Ящерица трижды ударяет хвостом.

— А не лучше ли сначала извлечь из «ауди»? Больше шансов найти живых, — выступает со встречным предложением Peca.