Книга Искатель, 2005 №11, страница 64 – Ирина Камушкина, Ирина Коротких, Василий Ворон, и др.

Нолич не отзывался.

— Псих чокнутый, — злясь, плюнул майор. — Что же, нам так и лезть туда с головой?

Я понял, что так оно и будет, и приготовился к темноте, которая, как мне казалось, ожидала нас после «погружения».

Скала дошла уже до груди и ползла все выше.

— Господи, помоги! — всхлипывала Ульяна, мелко крестясь.

Отстав от Нолича, мы втроем инстинктивно остановились, когда на поверхности остались только наши головы. В другое время я бы, наверное, рассмеялся от нелепости зрелища, какое мы представляли, но сейчас мне было не до смеха. Нолич обернулся и молча посмотрел на нас.

— Туда, что ли? — за всех раздраженно спросил Сафьянов, указав своим многоярусным подбородком вперед. Нолич кивнул.

— А там что? — продолжал допытываться майор. Вместо ответа Нолич подошел к нам, ухватил Ульяну за руку, оборвав одно из ее крестных знамений, и просто потащил за собой в глубь холма.

— Ой, мама! — запричитала Ульяна, упираясь.

Но Нолич крепко держал ее и продолжал тянуть. Ему, конечно, не удалось бы сдвинуть ее с места, но она вдруг покорилась, закрыла другой рукой глаза и, непрестанно поминая Бога, поплелась за вожаком. Мы с Сафьяновым стояли и смотрели, что будет. Ворона на плече Нолича судорожно взмахнула крыльями, но не взлетела и исчезла в песке вслед заего головой. Через секунду скрылась и Ульяна. Мы с Сафьяновым остались вдвоем.

— Эх!.. — махнул я рукой и нырнул в холм, нарочно пригнувшись, чтобы это произошло скорее. Инстинктивно зажмурился, но, почувствовав, что я уже «внутри», осторожно открыл глаза.

Я ожидал тьмы египетской, но ничего подобного не было. Вокруг стоял лес. Произошел очередной переход — из одного мира в другой. Я обернулся, пытаясь определить границу, которая отделяла этот лес от пустыни, но ничего особенного не увидел. Позади меня стояли деревья, оплетенные лианами, эти же лианы свисали поблизости и вдобавок проходили сквозь меня, чего сразу я не заметил. И в этом мире тоже мы были всего лишь призраками.

Невдалеке спокойно стоял Нолич, ожидая, пока все появятся. Ульяна, как и я, оглядывала все вокруг, не переставая, впрочем, плакать.

— Господи, да что же за напасти такие, — бормотала она, блуждая по лесу мокрыми и круглыми от страха глазами.

Сзади меня послышалась хриплая ругань, и прямо из воздуха, словно из-за невидимой перегородки, вывалился Сафьянов, закрывая голову руками. Он наткнулся на меня, вздрогнул, шарахнувшись вбок и растопырив руки в стороны, и осторожно открыл глаза.

— Е!.. Это еще что за хрень?

Заметив торчащую из своей груди ветку какого-то растения, похожего на папоротник, он попятился и тут догадался, что мы опять в призрачном мире.

— Снова здорово, значит, — плюнул он и тоже стал осматриваться.

Я решил поэкспериментировать и шагнул назад — в то место, откуда здесь появился, ожидая снова очутиться в пустыне. Но ничего не вышло — некая дверь, через которую мы попали сюда, оказалась закрытой, или просто я не умел ее открыть.

Было по-прежнему холодно, будто мы не покидали двора госпиталя, хотя вокруг нас царили джунгли. Я никогда не был в тропиках, но это было понятно по гирляндам тех же лиан и по буйной растительности вообще, неутомимо тянущейся вверх. Земля вместо травы была покрыта буквально ковром из всякой трухи — опавших листьев, веток и другого растительного гнилья.