Книга Искатель, 2005 №12, страница 77 – Рашид Валитов, Кирилл Берендеев, Алексей Голиков

Ангел тяжело сел на подоконник.

— Но прости, тогда я не понимаю, зачем тебе…

— А вот на этот вопрос тебе никто не сможет ответить. Поскольку по выбранной мной два года назад специальности — прикладная математика — я никогда не буду работать; полагаю, не без уверенности, что с нашего курса поступят все ровно таким же образом.

— Но почему?

— Да потому, ангел, что эта специальность никому здесь давно не нужна. А нужна всего лишь корочка о высшем образовании в старейшем из университетов страны. С ней, этой корочкой, мне будет много проще устроиться по возвращении домой на хорошую высокооплачиваемую работу, которая никоим образом не будет связана с теми предметами, которым меня обучают здесь. Важны не знания, важен сертификат, подтверждающий мое пятилетнее пребывание в стенах вуза. А если б я действительно жизнь отдал матану, то ныне влачил бы жалкое существование величайшего из мудрецов, до которого нет дела государству, которого презирает жена и над убеждениями которого смеются соседи.

— Выгляни в окно, ангел, — продолжил молодой человек, — посмотри,куда тебя занесло, а потом уже задавай свои дурацкие вопросы. Выгляни, — снова настойчиво повторил студент, и Азаил не мог противиться его словам. И, высунувшись из окна общежития, выглянул на залитый неоном реклам город.

Он выглянул, и в этот момент испытуемый тихонько подошел к ангелу и со всего маху пнул небесного посланца по мягкому месту, придав ему первоначальное ускорение около полутора «же». Каким-то чудом в самый последний момент Азаил сумел выйти из беспорядочного сваливания в пике с преизрядной высоты и в этот момент услышал последние слова испытуемого:

— И чтоб больше, ангел, я ни тебя, ни твоей братии здесь не видел! Да чтоб вы со своими расспросами…

Окончание фразы потонуло в грохоте захлопываемого окна. Азаил выровнял полет и стал неторопливо подниматься к небесам, внутренне смирившись с неизбежной нахлобучкой от последнего проваленного задания «сверху».

А дело испытуемого, как сообщил мне напоследок бывший ангел, так до сих пор и лежит нерассмотренное в палате мер и весов, притом в самом дальнем шкафу — дабы на максимально долгий срок повременить с окончательным знакомством с бывшим испытуемым, который таки непременно — и при этом заседательствующие невольно вздрагивают — как всегда решительно постучится в их обитель.

Когда я слышу поговорку «родителей и соседей не выбирают», то сразу вспоминаю своего неугомонного соседа, Андрея Андреевича Ясенева, человека разностороннего, эрудированного, да еще поклонника философии, и это при том, что в прошлом Андреич был простым ветеринаром. Сейчас-то он уже на пенсии, ветеринарию оставил, но в помощи братьям нашим меньшим никогда не отказывал — Петровка хоть и считается пригородом областного центра, но, вообще-то, как была в свое время деревней, так ею, родимой, и осталась: у кого КРС, у кого куры-гуси вперемешку со свинтусами и кроликами, и у всех кошки-собаки, щенята-котята, так что без дела старый ветеринар не сидел. И от философского взгляда на жизнь, ее глубинные процессы, на заслуженном отдыхе тоже не отказался, было у него такое своеобразное хобби, «конек» — эта самая философия, подкован в этой области он был здорово, ничего не скажешь.