Книга Искатель, 2005 №12, страница 59 – Рашид Валитов, Кирилл Берендеев, Алексей Голиков

— У входной двери вашего офиса стоят пять чемоданов с долларами. Их необходимо вывезти в Занзибар путем оформления оффшорных компаний. Немедленно выезжайте.

Он испустил вздох и сказал:

— Блин! Как ты мне надоел!

— Как поживает Марго? — спросил я.

— Достал, — сказал он, — не знаю я о ней ничего.

— А я видел ее сегодня с каким-то тупорылым мурлом семидесяти лет, — сказал я.

— Может быть, это ее дедушка? — спросил Рыбкин. — Поразительно бывает, этих старичков ничто не берет.

— Точно, — сказал я, — этих старых бодрячков ничто не тревожит — ни совесть, ни воспоминания.

Мы немного помолчали. Наконец он спросил:

— Ты чего звонишь?

— Я хочу знать, где Марго. Я хочу знать, с кем она, потому что ты это должен знать. Я хочу, чтобы ты знал, что я помню о тебе и никогда тебя не прощу.

— Нужно рассматривать это дело как можно более объективно, — сказал он.

— Нет, — возразил я, — это дело в высшей степени субъективное. Если Марго не вернется, я убью и тебя, и того гада, что сейчас с ней.

Он молчал.

— Понимаю, — сказал я, — сейчас твоя совесть лихорадочно работает. Если я убью этого толстого, тебя это вполне устроит. Ты получишь Марго и клиентов того гада. Не надейся.

— Меня сюда не путай.

— Хорошенькие шуточки, некто обманом и посылами уводит у меня любимую женщину, но как раз его-то и нельзя впутывать.

— Никто ее у тебя не уводил, она сама ушла.

Я молчал. Рыбкин был прав, и это угнетало меня. Марго ушла сама, конечно, под воздействием и моим, и моих родителей, и Рыбкина. Если бы она хотела остаться со мной, никто не заставил бы ее уйти.

— Алло, Александр, — сказал Рыбкин, — ты меня слушаешь?

— Да, я тебя слушаю. — Разговор с ним я представлял себе совсем иначе. Я хотел его так припугнуть, чтобы лишить сна хотя бы до утра. Не получалось.

— Чем могу тебе помочь? — спросил он тихо.

— Ничем, — сказал я.

— В ваших отношениях наступил кризис…

— А ты был тут как тут…

— Да, она прибежала ко мне. Но с ее претензиями она мне не нужна. Мало ли баб кругом. И не знаю о ней ничего, и знать не желаю, и тебя слышать не хочу.

— Сейчас остается только одно — открыто вмешаться в их отношения, — сказал я.

— Не стоит, — возразил он. — Убьют тебя или покалечат. А Марго все равно не вернется.

— Почему?

— Потому что ты ей не нужен. Ей нужны деньги.

— Полегче, — попытался я его остановить.

— Без всяких «полегче». Обычная девка, как все. А во лбу цена горит… Если ты этого не понял, то ты полный дурак. Я о ней уже не помнил бы, если бы не ты, храбрый портняжка. Я после нее уже столько баб перетрахал…

Я даже не обиделся на «храброго портняжку», я молча его слушал. Он тоже замолчал, а потом спросил уже по-другому:

— Чем тебе помочь?.. Я имею в виду… — Он замолчал.

— Ты имеешь в виду деньги? — спросил я.

— И это тоже, — ответил он.

— Дело обстоит намного хуже, чем я думал, — сказал я, — если ты смеешь говорить со мной о деньгах.

— О деньгах говорить всегда уместно…

— Вы без конца толкуете о процентах — десять процентов, двадцать, пять, пятьдесят… но вы не говорите, с какой суммы берутся эти проценты. Я знаю, что сто процентов от рубля равняются рублю, а пять процентов от миллиона составляют пятьдесят тысяч…

— Не разводи интеллигентской болтовни. Ближе к делу.

— Послушай, перестанем говорить о деньгах, поговорим лучше о чем-нибудь другом, ведь мы джентльмены.