Книга Опасный привал, страница 20 – Валерий Шарапов

– Кто такой?

Андрюха, дружелюбно глянув сверху вниз, ответил:

– А ты?

Дальше все было предсказуемо: «Ты кто такой», «Не попутал» и прочее в том же духе. Пельмень в долгие дискуссии решил не пускаться, ухватил (не без труда) за курносый носишко пацана. Мелкий орал, сопел и пытался драться, но до Андрюхи не доставал, руки коротки. Другие же аборигены, увидев такое дело, вступать в разговор не решались, они были не такие крупные. Пельмень, продолжая удерживать пятак негостеприимного хозяина, представился:

– Зовут меня Гад, Натан Натаныч.

– Кто-кто? – квакнул один, причем первое «ква» было басом, второе – фальцетом.

Андрюха охотно повторил:

– Гад. Натан Натаныч. Шпион разных разведок.

И, поскольку держать сопливого надоело, Пельмень аккуратно, но пребольно поднадавил так, чтобы тот заныл:

– Пусти, гад! Больно.

– Скажи: «Пожалуйста, дяденька».

Мелкий бандит подчинился, Пельмень отпустил, а мальчишка, потеряв равновесие, попытался плюхнуться на него.

– Давай без объятий, – предложил Андрюха и, заботливо осведомившись о самочувствии, спросил заодно: – Почта где у вас?

Самый маленький шпанюк, лет восьми, не в малокопеечке, а в бескрайней кепище, вдруг подскочил, ухватил Андрюхину освободившуюся руку, принялся горячо трясти и пищать:

– Так вы гость наш! Добро, добро пожаловать, ждем вас. – И от избытка гостеприимных чувств даже пару раз шлепнул по Андрюхе.

Пельмень заглянулпод козырек, хмыкнул:

– Вижу, как ждете. Девка, что ль?

Та улыбнулась большим ртом:

– Ага!

Смешная. Кепка едва держалась на зарослях волос-пружинок, глазища черные – во! Андрюха спросил:

– Мелочь, почта где?

– Недалеко, сейчас совсем недалеко. – Она ухватила палку, принялась чертить на пыли: – Вот сюда сейчас пойдете – будет один овраг, через него хода нет, ручей внизу. Берите правее, тут в горочку, на третьем повороте сразу поверните направо и потом опять направо, мимо колонки вверх…

Она калякала да калякала, мелькнула мысль – не врет ли? Но на выходе получился годный план, и Андрюха даже что-то смекнул, спросил, указав:

– А так не короче?

Та затрясла кепкой:

– Не-е-е-е, дяденька! Если так пойти, то там еще овраг. – И пошла по второму кругу объяснять.

По всему выходило, что Кулема вся в оврагах, несмотря на то что сама в болоте. Интересно. Андрюха еще раз посмотрел на план, запомнил, сказал:

– Спасибо. – И, пожав игрушечную лапку, пошел, куда следовало из объяснений.

Перевоспитанные шпанюки махали вослед руками и кепками.

Увы, то ли кулемская система оврагов была сложнее, чем казалось, то ли Андрюха не все запомнил, а скорее – и то и другое, плюс богомерзкая малявка покривила душой. В общем, Овражная никак не появлялась.

Когда Пельмень в очередной раз преодолел очередную чертову балку с ручьем на дне, на него вынесло шалую козу с оборванной веревкой на шее. Глядя косыми глазами, животное некоторое время соображало, что это перед ним выросло. Из кустов кто-то тоненько вопил:

– Машка-Машка, у-у-у!

Андрюха исхитрился и, прежде чем коза сообразила делать ноги, ухватил ее за веревку. Она мемекала и пыталась ткнуть рогами, и тут как раз из трав, пыхтя, выбрался карапуз, весь в прыщах от крапивы, босой и в одних трусах.

Пельмень отдал ему веревку, тот сказал «спасибо», Андрюха спросил, где почта, тот пригласил идти за собой. Прошли минут через десять, вроде бы по тем же оврагам, где лазил Пельмень, но куда быстрее.