Книга Личное дело господина Мурао, страница 21 – Даша Завьялова

Я стояла на пороге и смотрела в спину удаляющемуся Кадзуро.

Кадзуро менялся. Он, конечно, уже давно не тот избалованный хулиган, который кидался в меня камнями, но все-таки недавно он позволял себе любые разговоры и шутки, не стесняясь рассказывать, как снимает интимные фотографии юдзе для их клиентов и много чего еще. Но в последнее время он вдруг изменил свое отношение ко мне.

Ко мне – или вообще к жизни?

Перерыв закончился, и я поспешила вернуться к работе.

На третий день я снова пришла в рекан. Меня грела мысль о том, что вчера мы кое-что узнали, и я не особенно рассчитывала, что сегодняшний день принесет что-то интересное, но вдруг? Как и в предыдущие дни, я начала с того, что выпила внизу чаю со сладостями, передала через хозяйку благодарность на кухню и поднялась в комнату – к рукописям, которые требовали перепечатки. Вчера после работы я зашла в редакцию, где застала господина Иноуэ, и забрала новую стопку работ.

Я заправила в машинку свежий лист и начала перепечатку. Итак, руки работают – голова думает. Молодая женщина спрашивала почтальона, не господина ли Мурао это дом. В то, что это была настоящая юдзе, я не верила – скорее уж это была Наоко, переодетая в гэйко. Для чего? Чтобы смешаться с толпой настоящих? Но это странно: фестиваль проходит в соседнем районе города, в особом театре, а на улице в Накаге гэйко, наоборот, только привлекла бы внимание. И действительно привлекла: почтальон ее запомнил.

Так прошел весь день. Я работала, поглядывала в окно, думала о том, кем могла бы оказаться та женщина, – и иногда возвращалась мыслями к рукописи, которую принесли в редакцию. Надо будет завтра найти того офицера, который обещал узнать побольше. Вчера я спросила господина Иноуэ, не искал ли меня кто, но он сказал, что нет. Забыл ли про меня тот офицер? Или хочет увидеть меня лично и что-то рассказать?

Вечером я собрала вещи и попросила Тиеко принести мне в комнату немного риса с натто^[32]. Кадзуро, который должен был помочь мне с пишущей машинкой, задерживался, а я уже проголодалась.

Когда Тиеко, держа поднос, заглянула в комнату и спросила, можно ли ей войти, я не сразу ответила: все мое внимание было приковано к дому господина Мурао.

– Госпожа Арисима?

– Да-да, Тиеко, заходите, – ответила я, не отрывая взгляда от окна.

Мурао был не один: он заходил в дом с девушкой в богато расшитом кимоно. Если бы только можно было посмотреть с другого угла, я бы увидела ее лицо, но увы! Писатель с девушкой скрылись в доме, и я заметила, как внутри загорелся свет.

Я быстро поела, почти не глядя в тарелку, потому что все мое внимание было сосредоточено на окне. Но больше ничего интересного не происходило: большую часть дома Мурао скрывал роскошный сад.

Через пару минут пришел Кадзуро. Не поздоровавшись, я сразу сказала:

– Слушай, Кадзуро, мне очень нужно, чтобы ты тут переночевал! Комната забронирована до раннего утра, думаю, этого хватит.

– Для чего хватит?

– Чтобы увидеть утром, что за девушка будет выходить из его дома! Нужно будет запомнить ее приметы, а еще лучше – проследить за ней и узнать, кто она!

Кадзуро рассмеялся:

– А! Теперь ясно, почему на тебе лица нет. Да я тебе и без того скажу, что это за девушка, – я как раз шел сюда, когда они с Мурао показались из-за угла.