Книга Искатель, 2005 №3, страница 78 – Станислав Родионов, Михаил Старчиков, Анатолий Герасимов, и др.

— Пустите, ну пропустите же меня скорее! — крикнул он и, сбивая колени о кресла, ринулся прочь из холла.

Через некоторое время, нарушая все законыкосмических полетов, наш гигантский межзвездный лайнер стал тормозить. Потом я увидел, как от борта корабля отвалила одна из двух запасных ракет и стартовала по направлению к Земле.

Прошло несколько месяцев. Я все еще летел в свое никуда, по временам погружаясь в сон на две-три недели и пробуждаясь в заданное собою же время, чтобы просмотреть газетные новости, полученные с Земли, поразмяться и, так сказать, оглядеться вокруг. Тогда я шел в холл, садился перед экраном и во всех деталях вспоминал историю, свидетелем которой невольно стал. При этом я все время смотрел на экран, особенно когда он наливался красным цветом. Чего я ждал от него?

Однажды, развернув газету, в разделе «Коротко о разном» я прочитал небольшую статью, в которой говорилось о двух людях, потерявших и нашедших друг друга в нашей мешанине времени и пространства; об успешном опыте двойной пересадки мозга, его мотивах и результатах. Под заметкой был помешен снимок мужчины и женщины. В мужчине я сразу узнал своего бывшего попутчика Олсена, а женщина была самая обыкновенная с чуть вздернутым носиком, водопадом темных волос и большими лучистыми глазами, так похожими на… Я взглянул в окно. Прямо передо мною сияла Вега, чистая и прекрасная, как глаза тех единственных, которых мы любим.

И вдруг потрясающее чувство одиночества и пустоты обрушилось на меня. Я с трудом проглотил подступивший к горлу тугой комок. Миры, галактики отступили далеко-далеко. Я был один. Ничтожная биологическая пылинка, возомнившая себя покорителем Вселенной. Кто ждал меня? Кому я был нужен? Перед глазами спокойно и насмешливо алел экран внешней связи, а впереди был путь по времени сравнимый почти со всей моей оставшейся жизнью — путь в НИКУДА.

Таможенник мрачно смерил взглядом подошедшего к нему благообразного седого старца с длинной бородой, в просторных белых одеждах, порядком измятых. И молча покачал головой.

— Но почему? — возмутился старик, размахивая регистрационной карточкой. — Ведь дело первостепенной важности. Я и так проторчал на контроле уже целый час, опаздываю неимоверно.

— Не имею права. — Таможенник отвлекся от обслуживания очередника и, щелкнув клавишами компьютера, обернулся к собеседнику: — Вы же не милиция, не налоговая инспекция и не служба спасения. Ведь так?

— Да, но…

— Тогда извините, но без очереди пропустить вас я не могу.

— Но я потеряю еще как минимум час! А у меня сейчас каждая минута на счету. Ну, пожалуйста, что вам стоит… К тому же вещей с собой я взял только этот чемодан, и все.

— Становитесь в очередь, — безучастно отреагировал таможенник, заполнив бланк и распечатывая его.

Прошедший нелегкое испытание черноволосый молодой человек с бородкой клинышком, в яркой, пожалуй, даже вызывающей одежде, небрежно поклонился и прошел вперед. Его место занял следующий в очереди. Покряхтев, таможенник поднял его чемодан, поставил за стойку и занялся проверкой багажа.

Старик, все еще не решаясь отойти, подавленно стоял рядом, безучастно наблюдая за процедурой, грозившей сорвать его планы. Затем неожиданно ловким движением сунул руку за пазуху. Его движение было тут же приостановлено. Старик поднял глаза.