Книга Выстрел мимо цели, страница 105 – Ричард Томас Осман

– И это только те, которые я смог определить. Там повсюду книги.

Калдеш проводит пальцем по списку, надувая щеки.

– «Деяния сэра Гильона де Тразенье»?

– Несколько миллионов? – предполагает Стефан.

– По меньшей мере^[102], – подтверждает Калдеш, продолжая просматривать список. – Совершенно безумная коллекция. Чтобы купить все это, нужны миллиарды. Часослов Монипенни? Откуда все это у Билли Чиверса?

Богдан пододвигает деревянный стул, чтобы сесть рядом с Калдешем и Стефаном.

– Не советую на него садиться, – говорит Калдеш. – Этот стул стоит четырнадцать тысяч, а вы невероятно крупный. Где-то здесь был табурет для доения.

Богдан находит и ставит для себя табурет.

– Может, дело не в Билли Чиверсе? Возможно, их купил кто-нибудь другой?

– Вероятно, Чиверс просто присматривает за ними, – соглашается Стефан.

Калдеш складывает список и кладет в карман своего пиджака.

– Я поспрашиваю в своем окружении. Но это довольно масштабно, даже для меня. – Калдеш смотрит на Донну. – Я всего лишь скромный лавочник и на самом деле не знаком ни с одним преступником.

– Тогда я богиня любви и сражений, – отвечает Донна, разглядывая теперь чернильницу в форме чихуахуа.

– Но ты мог бы знать кого-то, кто знает кого-то еще? – спрашивает Стефан у Калдеша.

– Мог бы, – отвечает Калдеш, – и даже хотел бы помочь.

Донна подходит ближе.

– У вас никогда не возникало искушение помочь полиции, мистер Шарма?

Калдеш слегка пожимает плечами.

– Позвольте поведать вам одну историю, Донна. Впрочем, подозреваю, она вас не удивит. Я тружусь в этом магазине уже почти полвека, он открылся в семидесятых. «Сувениры Кемптауна», владелец – мистер К. Шарма, как красиво написано на витрине. Как в настоящем британском магазине, понимаете? Как в магазинах, которые я видел в фильмах; и я сделал его своими руками. В первую же ночь в мою витрину влетели кирпичи. Я починил, я покрасил заново, я опять открыл. И в тот момент, когда я снова открылся, кирпичи полетели в витрину. Так было каждую ночь, пока им не надоело, пока они не нашли другую жертву.

– Мне жаль, – говорит Донна.

– Не стоит жалеть, – отвечает Калдеш. – Это было давным-давно. Но, возможно, вы догадываетесь, как помогла мне полиция Брайтона в тысяча девятьсот семидесятых?

– Не особенно? – догадывается Донна.

– Не особенно, – кивает Калдеш. – И если бы оказалось, что кирпичи кидали лично они, то меня бы это нисколько не удивило. Так что с тех пор я держусь от них подальше, и по большей части они держатся подальше от меня. Думаю, так лучше для всех.

Донна кивает: мол, «могу себе вообразить».

– Стефан, – просит Богдан, – мне нужно поговорить с Калдешем наедине. Не возражаешь? Я ненадолго.

– Как скажешь, – отвечает Стефан. – Пойду подгоню машину.

– Слушай… – продолжает Богдан, – может, Донна пойдет с тобой? Составит тебе компанию?

Донна подмигивает Богдану и берет Стефана за руку.

– Спасибо, Калдеш, старина! – восклицает Стефан. – Я знал, что ты нас не подведешь. Передавай привет дорогой Прише. Скоро ужинаете?

– Скоро ужинаем, – кивает Калдеш, затем встает и обнимает Стефана. – Когда скажу Прише, что повидал тебя, она засияет, я уверен.

– Ты счастливчик, черт тебя возьми, – заключает Стефан.

Донна выводит Стефана из магазина. Богдан и Калдеш ждут, пока не смолкнут последние звуки колокольчика над дверью.