Книга Лживые легенды, страница 99 – Оксана Одрина

— Спецоперация? — недоверчиво переспросил Егор, удивлённо изогнув левую бровь. — Хочешь сказать, что в Княжево и особые люди есть, выслеживающие Судью? Тайные агенты, так сказать?

— А вот это уж точно не твоё дело, Егор Евгеньевич, — промямлил Максим, прожёвывая самую крупную из конфет в форме бочонка. — Я тебе и так слишком много секретного рассказал. Не наглей.

— Только не говори, что эти засланные казачки — местные Юрец и Ядрён-батон, — стараясь держать невозмутимое лицо, поинтересовался Егор, но не выдержал и прыснул в кулак.

— Снова осуждаешь, — неодобрительно покачал головой Игнатов. — Нехорошо, Егор Евгеньевич.

— Нет, ну а что? — ничуть не смутился Егор. — Я бы никогда на них не подумал, будь Судьёй я.

— Только Судья на самом деле совсем не ты, — напомнил ему Максим, ловко не только забросив смятый фантик в мусорное ведро у окна, но и сменив тему разговора. — И узнай он сейчас хотя бы долю предположений органов на его счёт, запаникует, всё поймёт и, как вариант, избавится от Макара-младшего так быстро, что мы и помешать ему не сумеем.

— Да понял я, — тяжело вздохнув, отозвался Егор. — Понял. Буду присматривать за ним. Ничего никому не расскажу, будь спокоен, Максим Михайлович.

— Куда там покой, — отмахнулся от него Игнатов. Потом став чересчур серьёзным, подытожил: — Ты, главное, Яну не втяни в это дело, будь добр. Иначе Судья вполне возможно избавиться ото всех вас — лишние очевидцы, я полагаю, ему не нужны. Тем более, если один из них по местным сенсационным слухам, не просто какой-то там мелкий колдунишка, а сильнейший в своём деле медиум.

***

Кто именно догадался устроить кладбище почти на отвесном краю невероятно глубокого оврага, Егор не знал, но вот то, что человека этого не один десяток лет вспоминают не самыми добрыми словами, понял быстро. Вернее, когда еле смог перевести дыхание, с трудом преодолев последние пару метров крутого подъёма до ровного пяточка перед кладбищем.

Ни знакомых, ни родных людей Егора пока не лежало ни здесь, ни где-либо вообще. Кроме бабы Нюры, пожалуй, но её он близко не знал, и потому особой грусти не испытывал. Так уж на сегодня в его жизни сложилось, что, добравшись до двадцати пяти лет, он никого ни из друзей, ни из семьи не потерял, чему был несказанно рад. Даже бабушки и дедушки его держались молодцом и не спешили оставлять этот мир. Потому о потерях и обо всём, что с ними обычно связано, он не имел чёткого представления. И оттого посчитал поход с Макаром к его деду на могилу безобидным делом, а зря. Ведь именно этот поход и стал в итоге для него не просто очередным мелким промахом, а роковой ошибкой.

Егор почему-то счёл безопасным собственное появление на месте погребения не одного десятка людей. Ему подумалось, что скорее всего, если здесь и встретят его души, то наверняка давно уже кем-то прощённые и упокоенные. И потому никаких проблем с ними у него не возникнет. Однако стоило пройти кладбищенские ворота, как он сразу же попал в настолько адское пекло из шёпота, вздохов, монотонного говора, криков и стенаний нескончаемого числа душ, что и без того некрепкая психика его не справилась.

Не меньше сотни практически безликих теней внезапно двинулись ему на встречу, скорбно опустив головы и смиренно сложив руки на груди. Неустанно шепча что-то неразборчивое, они окружили Егора так быстро, что понять в этом месиве заискивающих тихих голосов, он ничего не смог.