Книга Лживые легенды, страница 100 – Оксана Одрина

На его беду, душ с каждой убегающей секундой становилось всё больше и больше. И хорошо ещё, что не все из них осмелились к нему подойти, иначе развязка такого общения для Егора была бы намного трагичнее. Одни из них метались внутри оград своих могил, по непонятным причинам не в силах их покинуть. Другие держались одиночками вдалеке на хорошо проторенных тропинках. Третьи воровато выглядывали из-за деревьев, прячась за могучие стволы, стоило Егору скользнуть по ним взглядом. Четвёртые кучковались у пустующих столиков и лавочек в самых широких проходах между захоронениями и шушукались, хищно ощеряясь в его сторону жуткими чёрными ртами.

И все, абсолютно все они говорили!

Перебиваемые друг другом, голоса их сливались для Егора в настолько болезненный звук, что мозг его не выдержал и пяти минут такой беседы, и вменяемость ему отказала. И хотя он ещё какое-то время отчётливо понимал, что нужно немедленно покинуть это место, всё же оказался так изрядно дезориентирован, что потерял не только выход, но и себя. Он в одночасье лишился всего, что так осторожно выстраивал в своей новой нечистой жизни с самого приезда в Княжево. И всех.

Очнулся он на краю оврага. Сколько времени пребывал в беспамятстве, определить не смог. Обхватив себя за плечи, он сидел на коленях на выступе над обрывом и так монотонно раскачивался вперёд и назад, то и дело судорожно всхлипывая, словно находился в трансе. Голоса, голоса, они не оставляли его в покое даже за пределами кладбища. И хотя теней больше видно не было, эхо их нечеловеческого гудения не стихало.

Изредка мимо проходили люди. Егор слышал их шаги и перешёптывания за спиной и понимал, что отныне и надолго он и его ненормальное поведение станет главной темой для сплетен и обсуждений среди деревенских жителей. Ведь не каждый день увидишь, как вполне нормальный на вид молодой человек не смог и шагу сделать, миновав границы кладбища, и впал в такую жуткую истерику, что иначе как психом его не назвать. Сомнительную славу в Княжево он себе обеспечил на годы вперёд. И перед друзьями тоже. Теперь ему бы срочно как-то оправдать своё позорное поведение. Для этого требовалось немедленно взять себя в руки, но не выходило даже прекратить всхлипывать.

Когда он всё же собрался с силами и обернулся, то увидел Яну. В отличие от Макара, который всё это время суетился вокруг него с уговорами успокоиться, подышать поглубже, больше не смотреть в сторону ворот, предлагал воды, Яна не приблизилась к нему ни разу. Она стояла на обочине накатанной грунтовой дороги, иногда растерянно кивая в знак приветствия проходящим мимо людям, и молчала. На Егора она глаза не поднимала. И лишь единожды встретившись с ней взглядом, по ничем не скрываемой брезгливости на её лице, он понял, что теперь между ними точно всё. Когда же его в очередной раз судорожно передёрнуло, Яна, вздрогнув, попятилась. Потом развернулась и так быстро пошла вниз по крутому склону, что пару минут спустя пропала из виду. Она ни разу даже не оглянулась, и потому надежды на то, что передумает и вернётся за Егором, он не питал вовсе. И не ошибся.

Подняться на ноги и преодолеть обратный путь до деревни Егору помог Макар. Когда его начинало мутить и вести в сторону от тропинки, друг то за локоть его придерживал, то за плечи направлял в нужную сторону. И хотя замогильные голоса, сбивавшие с толку, стихли, как только Егор достиг дна оврага, разобраться с маршрутом до Самодуровки самостоятельно он так и не смог.