Книга Лживые легенды, страница 96 – Оксана Одрина

Найденную куклу не просто повесили на наспех приколоченном к стене небольшом сучке. Её вдобавок к этому обезобразили перед экзекуцией ещё жестче, чем первую, не только отрезав под корень волосы и исполосовав лицо уродливыми шрамами, но и выдрав глаза, которые валялись рядом на полу среди хлама, а вместо рта вырезав хищную ухмылку.

Надпись на зеркале Егор тоже запечатлел на смартфон. Полученные свидетельства он сразу отправил местному участковому, благо тот оставил ему свой номер после инцидента в парке. Игнатов не ответил. Но так как игра в детектива с каждым днём действительно становилась для Егора всё более опасной, он набрал Игнатова лично.

На этот раз оперативно явиться на место предполагаемого правонарушения Максим Михайлович не поспешил. Однако и Егор не поторопился покидать теремок. Докажи потом, что ты не спятил, если преступник вернётся и все следы заметёт: куклу уберёт, зеркало отмоет. Хотя второе маловероятно: работали эмалью, не иначе, если каким мощным растворителем очистишь.

— А с чего, собственно, Егор Евгеньевич, вы решили, что вот эта надпись предназначена вам? — делая короткую пометку в своей особой папке, так отстранённо поинтересовался Игнатов, когда спустя сорок минут всё же соизволил прибыть, что Егор мгновенно разозлился.

— Потому что я её нашёл!

— И что с того? — непонимающе уставился на него Максим. — Вам не приходит в голову, что это — вот так, как раз местная молодёжь развлекается после того, как у костра из ваших поленьев разопьёт горькую. Или до того.

— Вы это серьёзно? — еле сдерживая всё нарастающее раздражение, поинтересовался Егор. — Повешенная на сучке кукла вам, конечно, ничего не напоминает?

— Напоминает, Егор Евгеньевич, — многозначительно кивнул Игнатов и, подойдя ближе к зеркалу, осторожно дотронулся до кровавой надписи на нём пальцем. — Только про историю Демонов в Княжево осведомлены практически все. И молодёжь тоже. Вот и сооружают частенько такое. И пугают друг друга страшилками. Или девчонок местных. Или городских.

— Ну, если б девчонок, то по логике была бы надпись: «Ты следующая!», а не вот это всё, — нервно фыркнул Егор и стал суетливо расхаживать туда и обратно вдоль единственного окна с рамой и целыми стёклами.

— И всё же осмотрев место происшествия, я склоняюсь к версии про хулиганство, — заключил участковый и, убрав бумагу и ручку в органайзер, принялся отряхивать идеально выглаженные брюки от налипшей паутины. — Здесь это обычное дело. Куклу повесили не сегодня, это точно. На ней приличный слой пыли без отпечатков: и на лице, и на одежде. Надпись на зеркале тоже сделана давно: не смазывается, нет характерного запаха, подтёки и те хорошо затвердевшие.

— Максим Михайлович, если не секрет, скажите, а среди почивших Демонов ваш родственник тоже имеется? — решил уточнить Егор.

— Что? — замерев на месте, недовольно скривился участковый. — Даже если и так, какое это имеет отношение к делу?

— Уж очень откровенно вы не желаете прислушиваться к тревожным звоночкам, на которые указываю именно я, — едко хмыкнул Егор и пнул в сторону двери ссохшийся до неузнаваемости резиновый мяч.

— Напротив, Егор, я прислушиваюсь, — нахмурился Игнатов, сердито взглянув на собеседника. — И к вашей версии про странные смерти Демонов тоже. Больше скажу, уже началась проверка по этим фактам. Но вот лично вам, Егор, советую отвлечься. Вы слишком уж мнительны. Вам бы успокоительного попить. Вы, по всей видимости, выросли в благополучной семье. Папа и мама чрезмерно оберегали вас от жестокого окружающего мира и таких же людей. И как результат, став взрослым, любое мелкое безобразие или воровство — хоть тех же дров, — воспринимаете, как угрозу для собственной жизни, но это не всегда так.