Книга Наша погибель, страница 158 – Эбигейл Дин

* * *

Эндрю Пирсон лежал в этой же больнице. Полиция не рекомендовала Эдварду навещать его. После операции Эдвард был слишком слаб, чтобы не подчиниться, но следующим вечером, перед приходом Изабель, он, прижимая к груди загипсованную руку, спустился на лифте в отделение интенсивной терапии.

Дежурные медсестры надели колпаки Санта-Клауса, и вид их наполнил сердце Эдварда печалью, хотя он и не смог бы объяснить почему.

– Пациент находится под наблюдением полиции, – сказала одна из медсестер. – Не уверена, что вас к нему пропустят.

Еще один коридор, еще одна большая палата. Голубые занавески и линолеум на полу. Эдвард определил койку Эндрю Пирсона по стоявшему возле занавески полицейскому, который что-то читал в телефоне. Эдвард подошел ближе. Он собирался представиться и объяснить, почему хочет зайти к пациенту. Но из-за занавески послышались женские голоса, и он, вместо того чтобы остановиться, шагнул вперед и заглянул к Пирсону. Тот, похоже, спал, но по обеим сторонам от его койки сидели две посетительницы, очень похожие друг на друга; их длинные распущенные волосы почти касались лежавшего Пирсона. Эдвард догадался, что это дочери-близняшки пришли проведать отца накануне Рождества, и поспешил уйти.

Когда он вернулся в свою палату, Изабель уже сидела на стуле возле кровати. Рядом на столике лежала стопка бумаги. Должно быть, это ее новая пьеса, догадался Эдвард, и ему предстоит для искупления вины стать первым читателем. Однако сверху Изабель водрузила своего старого плюшевого медведя в оксфордском свитере, и Эдвард мало что сумел различить, кроме маленьких букв на обложке и нескольких закладок, выглядывающих между страниц: на них было что-то написано от руки.

– Выглядит заманчиво, – сказал он, кивнув на стопку.

– Это тот самый подарок, что я обещала тебе, перед тем как все пошло кувырком, – ответила она. – Где ты был?

– Просто ходил в туалет. Но я собираюсь сбежать. Мне здесь до смерти надоело.

– Знаю. Поэтому я принесла тебе вот что. – Она с важным видом достала из сумки айпад. – Я загрузила туда все лучшие рождественские фильмы, какие только нашла.

– Может, лучше посмотрим «Восхождение»?

– Ни в коем случае. Неужели тебе еще не надоело?

– А что, я бы глянул пару серий. Прекрасный сериал.

– Не спорю. Но сколько можно смотреть одно и то же? Кстати, на канале Би-би-си недавно вышла новая экранизация Монтегю Родса Джеймса. Убери свой гипс, Эдвард, пока я на него не села.

Изабель забралась на его койку и поправила подушки. Они поставили айпад на прикроватный столик, за которым Эдвард недавно с горем пополам пообедал, а потом она отыскала нужный фильм. На Изабель был плотный шерстяной джемпер, его воротник давно пропитался запахом ее духов.

– Как ты считаешь, я виноват в том, что случилось? – спросил Эдвард. – Я ведь мог помочь Пирсону.

– Нет, я не думаю, что ты виноват. Но и Пирсона тоже винить не стану. Ему пришлось тяжелее, чем кому-либо еще.

– Я должен был поговорить с ним. Должен, Изабель.

Эдвард так долго мучился стыдом за все случившееся. И только когда чувство стыда утихло, он начал понимать, что настоящая, гораздо худшая его ошибка заключалась в другом. Столько всего оставалось нерешенным, невысказанным, и он чувствовал, что все это ждет его за пределами больницы в пугающе близком будущем.