Книга Дуэль двух сердец, страница 97 – Ксения Холодова

Он растерялся, отвёл глаза. Клэр могла поклясться, что теперь он боится взглянуть на неё. Никита попытался незаметно сглотнуть скопившуюся слюну, но получилось предательски громко. Щёки юноши, наверное, покраснели от смущения, но, на его счастье, ночь скрыла это.

– Вы правы… без вас было проще, – сказал он на одном выдохе и затих, наблюдая за тем, как стеклянные от выпивки глаза Клэр пытаются заглянуть внутрь его души.

Всё случилось внезапно, вспыхнуло, точно сухая веточка в раскалённой печи, и в секунды обратилось в неостановимый пожар. Тонкие женские руки вдруг сорвались с места, ухватились за синий кушак на поясе и притянули своё тело к мужской груди. Никита замер, когда ощутил тёплые, пропитанные ромом губы на своих.

Секунда.

Две.

Бог знает, как долго Клэр целовала его, едва держась на ногах и в бреду желая, чтобы он вернул поцелуй. А Лесов не отвечал. Стоял сжавшись, словно мальчишка, и изо всех сил старался не поддаваться её пьяной страсти. Со стороны могло показаться, что он спорил сам с собой и сам себе запрещал эти чувства. Клэр улыбалась ему в лицо, вздыхала так близко и становилась всё настойчивее в своих желаниях.

Он нахмурился.

Тяжело задышал.

Чуть не заплакал от боли в груди и, наконец, сдался. Руки Лесова обхватили её гибкую талию, скользнули по изгибу и ловко нырнули под доломан, коснувшись рубахи. В его безмолвном ответе было столько чувств, столько силы, энергии и нежности, что казалось невероятным сдерживать такую волну столько времени.

Практически одновременно они опустили руки на мундиры друг друга и судорожно, нетерпеливо стали расстёгивать пуговицу за пуговицей. Комната наполнилась короткими вздохами в перерывах между поцелуями. У Клэр заплетались пальцы и горели губы. Она всё возилась с доломаном Лесова, а её собственный уже с грохотом был отброшен на деревянный пол. Под ногами заскрипели половицы. Сапоги затопали на месте, нещадно стуча металлическими шпорами.

Никита дотронулся губами до её шеи, настойчиво опустился ниже, к ключицам. Со всей страстью водил он рукой по нежному лицу и шелковистым, отливающим медью в свете крохотного огонька, волосам. Девушка расстегнула последнюю пуговицу и помогла Лесову снять плотно прилегающий доломан. Она и прежде видела его обнажённым, но никогда до этой минуты не находила его стройное тело таким красивым. Под всеми слоями гусарского мундира оно казалось совсем тонким – ни выпирающих мускулов, ни широких плеч.

Пальцы поручика ощупью нашли край воротника на рубахе Клэр, крепко сжали его, натянули ткань, и одним движением с треском разорвали её, оголив бледные плечи. Из Клэр вырвался жалобный всхлип, и она на миг смутилась собственного вида. Грудь, как и прежде, была перевязана чёрным кушаком, и стоило Никите опустить на неё руку, как он тут же остановился. Девушка не сразу заметила это, всё продолжала целовать его, нескромно опуская руки вниз.

– Нет, – произнёс он так тяжело и измученно, что казалось, его голос был выкован из свинца. Клэр не сразу поняла, о чём он. – Ты пьяна… – продолжал он неуверенно, словно это вовсе не было истинной причиной, по которой он отступил.

– Пьяна, да и что с того? Ты ведь тоже этого…

– Только не так! – возразил он и замотал головой, укрываясь от её пламенных поцелуев.