Книга Дуэль двух сердец, страница 75 – Ксения Холодова

Клэр сплюнула скопившуюся вдруг слюну себе под ноги; грозно, с обидой в груди нахмурилась и, крепко сжав саблю в руке, подошла вплотную к Котову. Мужчина не успел дойти до ведра с водой, стоявшего на противоположной стороне, как ощутил остриё сабли на своей спине.

– Мы закончили, – рявкнул он устало и небрежно.

– Нет, не закончили! – возразила Клэр и почувствовала, как с оглушительным стуком ринулось из груди её сердце. Гнев почти затмил страх. Она знала, что в это самое мгновение бросила вызов не Котову, а самой себе. Это с собой ей приходилось бороться каждый день последние полгода, и проиграть сейчас значило перечеркнуть всё ранее сделанное безвозвратно и навсегда.

Котов не был недоволен, он был в ярости. Щенок-юнкер вздумал бросить ему вызов!

– Нарываешься, малец? Отдыхай.

– Я не устал. – Рука Клэр не дрогнула, осталась висеть в воздухе, крепко обхватив рукоять сабли.

– Что у вас там происходит? – спросил наконец Малиновский и чуть ли не под руку со Степаном Аркадьевичем подошёл ближе.

Гусары прекратили тренировку. Замолчали. В изумлении стали переглядываться.

– Малец упал! Я обезоружил его. Наши упражнения с ним окончены! – рявкнул снова Котов, раздул ноздри в раздражении и даже не кинул на Клэр и короткого взгляда.

– Да я упал… – призналась Клэр, глядя на Малиновского и Степана Аркадьевича, по выражению лица которого можно было догадаться, что он взбешён не меньше Котова. Он глядел на свою подопечную и без слов во всё горло кричал: «Замолчи, замолчи, негодная!». – Но моя сабля осталась при мне!

Малиновский устало выдохнул.

– Глеб Алексеевич, сделай милость, – попросил он Котова, и все вокруг словно поняли, что означала его просьба. Все, кроме глупой девчонки.

Котов встретился с ней взглядом. В холодных глубоких карих глазах сверкнуло нечто животное и злое. Клэр сделалось ещё страшнее, чем прежде. Чувство неуязвимости, вызванное гневом, таяло на глазах, и лицо девушки становилось всё тусклее. Баррикады её уверенности рушились. Котов сделал шаг, выпад и одновременно с этим резко взмахнул рукой. Клинки содрогнулись, и раздался чудовищный рёв, такой мощный, что от его звука Клэр решила, что оглохла на одно ухо. Рука намертво вцепилась в рукоять, боясь выпустить её. Котов рубил яростно, беспощадно, словно молодой гусар перед ним был его злейшим и самым ненавистным врагом. Удар. Удар. Взмах над головой и снова удар. Клэр только успевала их отражать. Пару раз она могла применить остановительныйудар, пока Котов наносил боковой. Но летящие градом удары не давали возможности это сделать.

Наблюдавшие за ними, равно как и сам Котов, скорее всего, думали, что она не продержится и минуты. Но этот оглушительный танец всё не кончался и не кончался. Клэр едва переводила дух. Испарина покрыла лоб, а разгорячённое дыхание вырывалось наружу с болью в груди. Котов замедлился. Лишь на миг не учёл её внимательности и изворотливости. Девушка сделала шаг в сторону, и худое юное тело ловко скользнуло за спину противника. Остриё разорвало ткань мундира и слегка коснулось кожи на левом плече. Кончики её губ лихорадочно дрогнули. Клэр не смогла сдержать победоносной улыбки, решив, что этим всё и кончится.

Котов не издал ни звука. Для бывалого гусара это была царапина от заигравшегося котёнка. Он ещё не успел повернуться к ней лицом, а Клэр уже увидела, как в гневе зашевелились его желваки. Радость от мимолётного триумфа резко сменилась отчаянием и абсолютным нестерпимым желанием раствориться в воздухе. Котов нанёс пару ударов с такой силой, что Клэр едва устояла на ногах.