Книга Дуэль двух сердец, страница 215 – Ксения Холодова

– Вы так умны, граф! При других обстоятельствах я бы пропел вам хвалебную оду.

– Как намереваетесь меня отблагодарить?

Клэр скорчила такую мину, что Корницкий сдался и не стал больше развивать эту тему.

Когда граф де Сегюр услышал всё то, что ему нужно было услышать, и увидел всё то, что должен был увидеть, вокруг него не осталось никого, кроме таких же пленных, как и он. Теперь был черёд Клэр.

Пока Гриша давал распоряжение ведетам, чтобы беглецу дали возможность уйти, она, в свою очередь, помогала освободить ему руки. Французский офицер ничего не понимал, был крайне растерян и всё выпытывал у своего освободителя причину такой благосклонности к нему. Клэр повторяла лишь, что когда-то очень давно имела честь быть знакомой с его братом и что она это делает только из доброй памяти к нему.

Все посты в округе сняли, и девушке без труда удалось провести графа до границы примыкающего к их бивакам леса. Весь путь от обозов, рядом с которыми расположили пленных, старший из братьев де Сегюр неустанно благодарил Клэр за оказанную помощь, хотя и опасался, что их вот-вот поймают.

Вопреки всем ожиданиям, они невредимые добрались до опушки и остановились перед высокими тополями. Дул освежающий ветер, и кроны деревьев неторопливо покачивались, шурша сочной зелёной листвой. В небе громыхнуло. Раз, другой, и постепенно на русский лагерь обрушился долгожданный дождь. Капли били в лицо, а Клэр лишь сильнее подставляла его им навстречу.

Находясь уже на незначительном расстоянии друг от друга, враги распрощались. Каждый из них с достоинством склонил голову перед другим и направился в противоположную сторону.

Клэр шла с ясной, почти мечтательной улыбкой, глядя то себе под ноги и наблюдая за тем, как грубые армейские сапоги топчут влажную траву, то в небо, затянутое густыми грозными тучами. На кончике языка застыли несказанные слова, и девушка с лёгкой досадой принимала тот факт, что Поль де Сегюр никогда на свете не узнает, кто всё-таки вернул ему его старшего брата.

* * *

Не успели солдаты Первой армии как следует осесть и передохнуть на правом берегу Днепра, разделяющего их и крепостные стены величавого Смоленска, как тут же поступил приказ выдвинуть часть сил по направлению к Рудне. Двадцать шестого июля тремя колоннами русские армии выступили с чётким приказом: «Атаковать центр временных квартир французов и не дать им разделить две армии». Гусарский полк лейб-гвардии вместе с егерскими и одним уланским полками составлял авангард генерал-майора графа Палена, когда, вновь отходя к Смоленску, наткнулся на того же Неаполитанского короля, с силами которого бился днями ранее. После начатой казаками генерала Платова перестрелки избежать сражения было уже невозможно.

Несмотря на значительный перевес в силах, французы были вынуждены отступить к Рудне. В плен было взято более пятисот человек.

Клэр с нетерпением выглядывала из-за белых султанов на киверах, что мелькали перед глазами, мешая рассмотреть друзей. Отряд во главе с Корницким, в котором были также Лесов и старший Соболев, отправили преследовать неприятеля уже после победы. Не боясь осуждений или косых взглядов, не внимая таким же переживаниям со стороны Исая, который то и дело грыз ногти на тонких пальцах и что-то говорил, пытаясь справиться с тревогой за старшего брата, Клэр тихонько достала из кивера икону, что подарил ей однажды Степан Аркадьевич. Она сжала её в левой руке, поскольку правой держала поводья, и, поднеся святой лик к губам, тихо зашептала молитву.