Книга Райские птицы, страница 91 – Анастасия Вронская

– Ну что ты, братец? Куда-то спешишь? – лукаво интересуется Радан. – Иван, вон, месяцами в Белогорье не был, так княжество и без него процветает. И с твоим ничего не случится.

– Намекаешь, что я никчемный правитель? – уточняет Иван, замерев с открытым ртом и поднесенной к нему куриной ножкой.

– Намекает, что он – лучший правитель, – безразлично отвечает Рион. Только пульсирующая на шее вена выдает, как сильно он сдерживает себя. – Первый сын, наследник. Будущий Великий князь.

Рион ставит кубок на стол и поворачивается к Радану. Во взгляде среднего князя появляется твердость, как у закаленной в огне стали.

– Думаю, пора откланяться, – спокойно сообщает Рион. – У меня остались некоторые дела перед сном.

Иван настораживается, чувствуя нарастающее напряжение между братьями, и откладывает еду в сторону.

– Братья, давайте насладимся ужином. – Он пытается смягчить обстановку. – Редко выпадает возможность собраться вместе.

Несмотря на улыбку, взгляд у Радана холодный, скользкий.

– Ты слишком серьезен, Рион. Жизнь состоит не только из обязанностей. Иногда нужно позволить себе отдохнуть.

Рион не ведется на поддевку и отвечает без промедления, жестко осаждая Радана:

– Когда долг зовет, отдых может подождать. Или ты забыл, что значит быть ответственным за свой народ?

За столом воцаряется тишина. Воины украдкой переглядываются, но никто не осмеливается вмешаться. Радан приподнимает бровь, спрашивая:

– Ты о чем-то конкретном? Какие у тебя могут быть дела с народом в моем княжестве?

Двое сильных, упорных мужчин, балансирующих на грани любезности, вызывают во мне желание обхватить себя руками и неуютно поежиться. Я ощущаю, как воздух между ними искрит. Замечаю, что Иван побледнел; младший князь сидит, опустив глаза в тарелку, и кажется, что весь удар этой немой схватки пал на него, живущего меж двух огней.

– Я говорю лишь о том, что время – ценный ресурс. И тратить его на бесполезные споры я не намерен, – ответил наполненным сталью голосом Рион. Князь Иларион, если быть точнее, смешливость которого как ветром сдуло, – таким я его с трудом узнаю. – Мой советник – тоже мой народ. А покуда он гостит у знахарок, мне должно его навестить.

Радан откидывается на спинку стула, скрещивая руки на груди.

– В таком случае не смею задерживать тебя, – произносит он с насмешкой. – Раз уж для Иринея ты первый в очереди на сидение у изголовья. Передавай пожелания о выздоровлении от меня. На нем, должно быть, как на собаке заживет.

Рион, гордо пропустив ребяческую колкость мимо ушей, медленно и безмятежно встает из-за стола, подавая пример остальным. Все, кроме Радана, поднимаются и уважительно склоняют голову перед князем.

– Благодарю за понимание, брат, – отвечает он, подчеркивая последнее слово. Рион делает глубокий вдох, точно пытается усмирить бурю внутри себя. – Веста, не составишь мне компанию?

Я ощущаю на себе пристальный взгляд Радана, но стараюсь не обращать на него внимания. Едва заметно киваю, принимая протянутую руку Риона.

– Вообще-то, – тянет Радан, – я рассчитывал, что наша гостья составит мнекомпанию до конца ужина, а после я покажу ей дворец.

Я не успеваю и вздохнуть, как Рион уже рядом – не шагом, а взглядом. Острым, прямым, и он медленно поворачивает голову к брату. Не успеваю опомниться, как сама оказываюсь между этих самых огней.