Книга Райские птицы, страница 75 – Анастасия Вронская

И когда наш смех очередной раз прорезает ночь, голос подает Ириней.

– Ну-ну, – усмехается он, качая головой. – Отдыхайте, ребятки. Я прогуляюсь.

Воевода поднимается на ноги, лениво потягивается, а затем, приобняв кувшин, с легкой улыбкой уходит в сторону темнеющей чащи. Его шаги звучат все тише, растворяясь в ночи. Лишь треск костра да негромкие звуки леса остаются с нами. И далекий птичий стрекот, напоминающий сороку, но вот беда: ночью птицы спят. Задуматься не успеваю – мысль утекает далеко-далеко, кружась в водовороте.

Иван спит на шкуре, свернувшись калачиком, а мы с Рионом остаемся почти наедине. Пламя лижет воздух, мягко облизывает тени, что ползут по его скулам и подбородку, делая лицо резче. Все, что я вижу, – это легкие движения губ, полутонкая улыбка, от которой замирает дыхание.

В груди разливается нечто необъяснимое, небывалое, как будто все, что было сложным, теперь имеет возможность стать простым.

– Велимир сказал, что здесь невероятные звезды, – произношу, не узнав свой голос. Он тише костра.

– В этом он прав, – отвечает князь, отведя глаза от меня к небу, и я наконец выдыхаю. – Ночами под Златоградом действительно красиво. Здесь равнины тянутся до самого горизонта, и кажется, что звезды парят прямо над головой.

– А что, в Белогорье или Ильмене не так?

– В Белогорье ночами еще красивее из-за холмов и лесов: они поднимают ближе к небесам и звезды кажутся ярче, совсем рядом. Как приезжаю к Ивану, так обязательно выхожу ночью из города – завораживает.

Я откидываюсь на спину. Крылья расправляются сами, как будто давно ждали этого – немудрено после тесной повозки. Шкура подо мной теплая, пахнет костром и пылью дорог. Князь, немного погодя, укладывается тоже. Над головой – бескрайнее небо.

– В Ильмене ночами луна отражается в озере, зрелище невероятное, – говорит Рион, а слова легонько смешиваются. Видимо, брага заплетает язык. Перед моими глазами звезды начинают плыть, и я прикрываю веки, когда князь продолжает: – Покажу. Обязательно.

Я улыбаюсь, не открывая глаз. И вдруг, не подумав:

– Давай посмотрим на звезды во всех княжествах.

Рион ненадолго замирает. Он долго молчит, отчего воздух вокруг тяжелеет, и спустя несколько долгих мгновений говорит:

– Если ты того захочешь… – Его голос охрип, стал ниже. – Я покажу тебе все, Веста.

Мое имя из его уст…

Я вздрагиваю и распахиваю веки, повернув голову к нему, и встречаюсь с парой направленных на меня глаз.

Я отвожу взгляд, но тут же возвращаю. Бояться больше не хочу.

– Ты вроде на звезды хотел смотреть, а не на меня?

Он улыбается. Медленно. Как солнце сквозь облака.

– А я смотрю.

Не знаю, брага ли, но мне кажется, что в его глазах и есть звезды, а в белесых волосах – лунный свет. Позволяю себе насладиться этим моментом, а затем перевожу глаза кверху. Над нами – бездонная глубина, мерцающая точками. Представляю, охмеленная, как древние боги, устав от игр, рассыпали по черному бархату драгоценности. Некоторые – холодные, как серебро. Другие – теплые, пульсирующие янтарем.

– Разве они не прекрасны? – шепчу я, боясь нарушить хрупкость момента.

– Прекрасны, – отвечает Рион, не отрываясь от меня. И я знаю: он говорит не о небе.

Мы долго болтали – вполголоса, чтобы не спугнуть ночную тишину. О первом походе, когда Рион, совсем юный, шагнул за ворота крепости. О Велесовом княжестве, которым он правит. Об их с Иринеем встрече – тот был редким потрошителем, злодеем, нарушающим порядок в Велесе. И, думается мне, стал прекрасным воеводой под руководством правильной руки. О семье: любимой еде его матери-княгини и повадках моих сестер.