Книга Райские птицы, страница 50 – Анастасия Вронская

Хочу ли я знать то, что могу найти?

После пары коридоров мы встречаемся со стремящейся вверх витиеватой лестницей, к концу которой мои колени дрожат. Ступеньки заканчиваются дверьми, и когда мы подходим к ним, внутри все сжимается от предвкушения.

Рион берется за резные ручки и, замерев, оборачивается ко мне с вопросом:

– Готова?

Киваю. Не уверена, что готова, но не время отступать. Как только массивные двери раскрываются передо мной, внутри все замирает.

Огромное помещение, уставленное бесчисленными книгами, освещено солнцем, льющимся сквозь цветные витражи. Библиотека просторная, с высокими арочными сводами, которые тянутся вверх, стремясь к небесам. Высокие резные полки заполняют стены до самого потолка, и каждая книга, каждый свиток здесь – это целый мир, пропитанный тайнами, которые, казалось, ждали только меня.

Ощущаю легкий, прохладный ветерок, проникающий в помещение, зовущий меня войти. Делаю несколько шагов внутрь, сначала неуверенных, а затем настойчивых. Свет, проникающий сквозь стеклянные витражи, заменяющие потолок, заливает библиотеку мягкими, переливчатыми красками. Орнамент на стекле – затейливый, волшебный. Балконы, украшенные золотыми узорами, словно парят в воздухе.

Я представляла себе многое, воображала этот момент, но это место превосходит все мои ожидания. Это место живое. Оно дышит. И я хочу вдохнуть густой воздух старого пергамента, смешивающегося с деревом, полной грудью вместе с ним.

– Впечатляет, правда? – заговорщически спрашивает Рион, довольно улыбаясь моему восторгу. Возведенная им между нами стена дает трещину.

– Да, – только и могу прошептать. Я наконец-то здесь. – Здесь столько места.

– Верно, – отвечает Рион. Он стоит с закрытыми глазами, запрокинув голову кверху, и глубоко вдыхает благоухание библиотеки. – Это место когда-то давно, во времена, когда каждое княжество было независимо от другого, было залом приемов. Еще до рождения Радана отец приказал привести дворец в княжестве Ильмень в порядок, велел перестроить некоторые комнаты, палаты перекрасить. Тогда княжество озерное было столичным. Матушка наша любила из окна их с отцом покоев наблюдать за волнами, перебирая страницы дорогих заморских фолиантов, привезенных в подарок то купцами, то послами.

Стараюсь не дышать, чтобы не спугнуть откровение. Князь открывает глаза и обращает их ко мне. Убедившись, что я завороженно слушаю, он продолжает:

– На время работ в замке отец решает увезти маму сюда, в Златоград. Она была на небольшом сроке. Дворец здесь не был роскошен, зато без лишних шумов и суеты от перестройки. В один из дней, когда отец отбыл по делам государственным, мама с книгой в руках отправилась на поиск места, где могла бы уединиться для чтения. Тогда она и набрела за этот зал. За неимением торжеств он был закрыт. И вот, когда служанка отперла двери, мама так и осталась здесь, приказав закрыть за ней и не тревожить по пустякам. Представляю лицо отца, когда он вернулся во дворец поздним вечером и нашел свою княгиню спящей на полу посреди огромной пустой комнаты. – Рион хмыкает, взгляд его становится стеклянным: князь погружается в мысли и представляет эту картину – мать, лежащую там, где сейчас стелются богато расшитые ковры. – Решение возвести библиотеку пришло само собой. К моменту завершения работ в замке на озере библиотека была завершена лишь на четверть, и это неудивительно: она поистине громадна.