Книга Академия севера: ставка на победителя, страница 79 – Мария Карела

— Доброе утро, — Джин зевнул, приподнимаясь. — Ого! — сонное выражение слетело с его лица. — Вчерашняя тренировка пошла тебе на пользу! Твой резерв изрядно вырос.

Я осознала, что на мне только белье. Тепло его тела, запах кожи — всё это обрушилось на меня, заставляя вспыхнуть от смущения. Как он посмел?

— Ещё несколько раз — и сможем провести спарринг между нами, — удовлетворённо кивнул он. Его слова, как ледяная вода, обрушились на мой гнев. Может быть хуже… гораздо хуже!

Я встретила оценивающий взгляд. В его глазах не было ни капли смущения, ни намека на то, что он нарушил какую-то границу. Только холодный расчёт и… предвкушение.

— Но сейчас ты, думаю, очень хочешь есть?

Я лишь кивнула, проглотив все свои возмущения.

— Тогда сначала еда, потом теория, практика, отдых и снова практика, — заключил он, поднимаясь с кровати, как будто ничего особенного не произошло. — Тхэн скоро принесёт завтрак. Вставай, — бросив этот последний приказ через плечо, он направился к двери, ведущей в ванную комнату. Я уже выяснила, что за двумя другими дверьми были кабинет и гардеробная.

Я осталась сидеть на кровати, обхватив колени. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь шторы, казался насмешкой. Физически я чувствовала себя сильной. Обновлённой. Но внутри царил хаос.

За дверью послышался тихий стук. Тхэн с завтраком. Пора было вставать. Подчиняться. Есть. Набираться сил для следующего раунда борьбы не только за жизнь, но и за саму себя.

* * *

День прошёл в адском ритме, обещанном Джином. «Теория» оказалась разбором вчерашнего боя, где Джин, как хирург, вскрыл каждую мою ошибку, каждое промедление. Особое внимание он уделил порталу. Не хвалил, а анализировал. Какие были ощущения? Какой точно была мысленная команда? Он выжимал из меня детали, заставляя снова и снова переживать тот момент. Затем последовала «практика» — изматывающие повторения базовых связок до тошноты, с постоянными выпадами Тхэна, имитирующими атаку, чтобы проверить реакцию. «Отдых» был короткойпередышкой для еды и воды, а «снова практика» – отработкой защиты от энергетических снарядов, которые Джин метал с пугающей лёгкостью, доводя меня до предела возможностей.

Когда Джин наконец объявил, что уходит тренировать первокурсников, я едва не рухнула на пол. Я стояла, опираясь о стену, дрожа от напряжения и адреналина. Тхэн молча убирал следы тренировки — сдвинутую мебель, опалённые участки пола.

— Почему ты это терпишь? — вопрос вырвался у меня неожиданно.

Тхэн замер на мгновение, не поднимая головы.

— Что именно?

— Все это, — я махнула рукой, обводя и комнату, и его, и себя. — Его методы. То, что он заставляет тебя нападать на меня. То, что... — я запнулась, — ранила тебя вчера. Ты же мог отказаться? Или... или сделать вид? Он не стал бы тебя убивать за это, правда?

Тхэн медленно выпрямился. Его глаза, холодные и нечитаемые, встретились с моим взглядом.

— Отказаться? — он хмыкнул, коротко и без капли юмора. — Нет, он бы не убил меня, зачем? Я сам умолял бы его о наказании или смерти, случись подобное.

— Ты не должен отвечать за других людей… — я сама себя оборвала, снова представляя на месте родителей Тхэна бабушку. — Это несправедливо…

Он хмыкнул.

— Но ты всё равно помогаешь мне. Вчера, когда он уходил, ты велел мне есть и спать... ты мог бы просто молчать. Но ты сказал. Ты помогал мне с учёбой — не думаю, что Джин приказывал. И многие другие вещи. Ты спас мои конспекты от Лейлы.