Книга Осень. Кофе. Акварель, страница 23 – Алена Лотос

Кружение над морем не могло надоесть, но нельзя же заниматься только им. Отпуск-то не бесконечный! Я ненадолго задержала метлу и быстро сверилась с путеводителем. Взгляд упал на надпись «Лучшая кофейня округи», и этого оказалось достаточно, чтобы выбрать маршрут.

Под ногами теперь расстилалось зеленое море леса, то самое, над которым мы летели прошлой ночью. Еще летнее, оно постепенно теряло Изумрудно-зеленую яркость, наполнялось осенней Охристостью.

Пару раз невдалекепролетали по своим делам другие любители метел. Та стремительность, с которой они разрезали воздух, выдавала в них профессионалов полета.

Лучшая кофейня побережья носила простое и яркое название «Теплая корица». Я аккуратно спешилась недалеко от нее, в переулке, чтобы точно никого не задеть и не сшибить. У самого входа предусмотрительно стояла небольшая стойка для метел. Я поместила свою красавицу в зажим и уже взялась за ручку двери, как неожиданно она распахнулась. Край врезался мне в плечо, заставив испуганно отпрыгнуть. В проеме показался тот самый утренний шатен. У меня перехватило дыхание от неожиданности, а сердце с утробным кошачьим урчанием отметило, что у симпатичного юноши глубокие синие глаза. Ультрамариновые…

— Простите, я ушиб вас?

В глубине Ультрамарина плескалась тревога.

— Немного… — ответила я, потирая плечо. — Ничего страшного, это я растяпа, стою в дверях…

— Прошу у вас прощения, я сам должен был убедиться, что никто не стоит у входа, — вдруг ослепительно улыбнулся он.

И мы с сердцем, мозгом, мыслями и всеми чувствами и представлением о прекрасном рухнули куда-то в пятки.

Ого, неужели так бывает…

— Не переживайте, я не в обиде, — выдохнула я, пересохшими губами.

— Позвольте…

Начал было он после секундного замешательства, и я уже вся подалась вперед, чтобы точно расслышать, что мне нужно позволить. И обязательно позволила бы.

Разговор оборвала нежная хрустальная трель. Наверное, все разочарование мира было написано на моем лице, когда обворожительный мужчина вытащил из кармана зеркало в дорогой, витой серебряной оправе. На мгновение мне показалось, что он также недоволен неожиданным вызовом.

— Еще раз прошу прощения, — в конце концов произнес шатен и, легко поклонившись, зашагал прочь вдоль улицы. Серебряное зеркало светилось во время разговора.

Прикусив губу от обиды и разочарования, я вошла внутрь. Ни кофе, ни корицы уже не хотелось. Ничего не хотелось. Или нет, наоборот, хотелось чего-нибудь горячего, шоколадного и очень-очень сладкого, чтобы заесть противные чувства и неприятный осадочек.

Горячий шоколад с шоколадным тортом принесли к столику у большого окна. Мне хотелось смотреть вдаль, может быть, разглядеть то Ультрамариновое сияние… Но время шло, шоколад слегка остыл, а сияние так и не вернулосьна мою улицу. Невольно всхлипнув, я принялась водить пальцем по деревянной столешнице. Магические искорки вспыхивали и складывались в набросок. Набросок портрета.

— Так, Лори! — одернула я себя и сдула искры на пол. Они осыпались блестящим дождем. — Это уже никуда не годится! Не хватало тебе курортного романа! Приди в себя.

То ли выволочка отрезвила, то ли пара глотков холодной воды. Прекрасный образ потускнел и сник, словно завядший букет. От него можно втихушку отрезать пару самых красивых сухих цветов и сохранить на будущее. Вдруг однажды пригодится.