Онлайн книга «Рождение Чарны. Том 1. Шпионы Асмариана»
|
После того случая со змеей я удесятерил свои усилия по созданию портрета, но они оказались бесплодны. Ни один из набросков меня не устраивал. Они все недостойны! И Она перестала посылать мне изумрудную пыль, без которой я теперь не мыслил своих красок, а потом перестала приходить во снах. Я все также стоял на залитой солнцем блещущей всеми возможными оттенками зеленого поляне, но теперь — один. Вместе с Ней из снов ушла настоящесть. Все это — фикция. Фантазии возбужденного воображения. Эта поляна… Ведь Она мне только снится… А то, что снится не является реальностью, не может толковаться и восприниматься как побуждение к действию… Или может? Праздник Ночи не отмечался так широко, как БахадМунташей или Саман Химат. Этот день все хотели бы выкинуть из жизни, поскорее пропустить. Он был самым грозным воплощением смерти и ужасов тьмы, за которой нет ничего. И эта пустота пугала. Не принято было возносить в этот день хвалы Митаре или как-то еще упоминать святое имя. Однако в Храме обязательно проводилась служба. С наступлением сумерек Друид в черном облачении шепотом молил Природу о защите от порождений мрака и серных бесов, снующих в гигантских древних туннелях под городом. Он просил ниспослать свет и возрождение. Коленопреклоненные прихожане, также шепотом, слово в слово повторяли за ним. Позже, от полыхающего ритуального огня зажигали свечи и в тишине уносили их по домам. В этом году я тоже посетил службу в честь Праздника Ночи, несмотря на участившиеся приступы головной боли. Правда, теперь я каждый день посвящал несколько часов молитве в Храме, но сегодня молиться Митаре запрещено. И я решил, что просто приду туда, взгляну на прихожан, раздобуду свечу с ритуальным пламенем, которая обогреет меня… Оставаясь незамеченным в тени колонн, я наблюдал за тем, как люди трепетно и с опаской поглядывают на гадкое низкое зимнее небо, будто ожидают немедленного схождения Митары… Или Темной Никты… Или обеих богинь одновременно. Хотя, появись они здесь, вряд ли в округе остался бы очевидец, могущий поведать о великом схождении сил… И вот, служба закончилась, люди тонким ручейком, аккуратно прикрывая пламя свечей от ветра, потянулись из Храма домой. В теплые объятия любящих семей. Меня же не ждали ничьи объятия… С Ее исходом из снов я больше не чувствовал тепла… Но ведь она ничего не обещала… «Обещала…» Любила ли она меня?.. «Любила…» — Ариэн! — где-то слева раздался знакомый мягкий голос. Где же я его раньше слышал? Не отнимая рук от лица, я продолжил свои беззвучные размышления. И тогда мне на плечо легла ладонь… Длинная узкая ладонь, прикосновения которой я, кажется, знаю… — Оливия… — шепчу на выдохе… Со стороны, должно быть, показалось, что я даже не пошевелился. Но нет. Сердце вдруг ушло в полет. Не от счастья, от осознания. Как же она мне близка… Была. От холода цепенели мышцы, а мысли становились тягучими и уносили все дальше в прошлое. — Долгой жизни, проложенной цветами, Ариэн… — в приветственном жесте она прикоснулась рукамико лбу и подняла лучистые глаза на меня. — Ты осунулся и похудел… Как ты? Все хорошо? — Оливия… — а я просто продолжаю смотреть на нее… Сполохи огня танцуют в ее грустных серых глазах, ресницы отбрасывают длинные тени на бархатные щеки. Она тоже осунулась. И смотрит на меня теперь не с обожанием, а с тоской. Кажется, она правда сильно обиделась тогда. Но ведь она сама виновата! Неужели она даже раскаяния не чувствует за то, что сделала тогда со мной⁈ С Ней⁈ |