Книга Три стрелы в его сердце, страница 108 – Алена Лотос

– Ты что же, не хочешь, чтобы я колдовала?

Ответом было такое же рычание, в котором девушка внезапно расслышала нотки согласия. Это заставляло крепко задуматься. Пес не только понимал Еву, но еще и знал концепцию магии. Может, он вовсе не пес? Не тот, кем хочет казаться...

Ева нанизала на крепкую ветку две горбушки хлеба, немного подержала над костром. Один кусочек достался черному псу и был махом проглочен. Улыбнувшись, Ева отдала ему свою половину. Пес укоризненно глянул на хозяйку, но не отказался от угощения.

Ева принялась греть руки над огнем. Ей очень хотелось отвлечься от этого похода, непрестанно болящего сердца, обожженных рук и тяжелых мыслей. На этот раз помог голод. Живот заурчал так громко, что Ева не выдержала и развязала отставленную в сторону котомку с пожитками. В свертке лежала одна смена платья, меха с водой, полбуханки хлеба, сухая клюква в кульке, сухари и немного вяленой рыбы. В отдельном мешочке хранились энергетическиекристаллы, оставшиеся от лечения Камлы. Негусто. Решившись, Ева принялась жевать клюкву, тяжело уставившись в костер. Пес привалился рядом, в ногах.

Во всполохах огня Ева пыталась различить свою судьбу, как совсем недавно читала судьбу спутников. Огонь молчал, был скучен и неразговорчив. Но Ева не увидела в нем и того, что тихо тревожило ее все эти дни – горящего леса и умершего мужчины с тремя стрелами в груди.

Внезапно черный пес вскинул голову и навострил уши. Ева вздрогнула, потрепала его по теплой шерсти.

– Эй, тише, ты чего?..

В этот же момент она услышала сама. Извечный грустный свист, доносящийся откуда-то издалека. Ева подскочила и принялась дергать себя за мочку уха. Сердце застучало больно и заполошно. Пес зарычал, глядя куда-то в вечернюю синь леса.

– Это Хозяйки леса! – зашептала Ева. – Неужели мы настолько приблизились к Заповедной части?

Ева выпустила немного магической энергии, против которой на этот раз пес не возражал, и прислушалась. Магия подсказала, что от них до Заповедного леса еще много дней пути. А это значит, что дзирги не могли так просто, без большой надобности, покинуть его. Они ищут кого-то. И уже почти нашли. Если Ева попадется им, они спросят со своей знахарки за все.

Борясь с болью в сердце, Ева принялась скидывать вещи в котомку. Остатками воды безжалостно потушила костер. Темнота вспыхнула сперва десятками, а потом и сотней маленьких белых светлячков. Пес заозирался, опасливо прижав уши. Печальная песнь приближалась.

– Бежим скорее! – позвала Ева.

От резких быстрых движений ее мутило, голова кружилась, а ноги стали ватными. Но страх перед Хозяйками леса пересиливал любое недомогание. Неизвестно, что многомудрые дзирги сделают с отступницей, со светлой целительницей, расколовшей душу и магию на две части, использующей темную магию. Они назначены высшими духами Хранительницами, они не должны допускать такого нигде, тем более, в своих собственных владениях. У себя под носом.

Из-под мощных лап черного пса вырвались клочки земли с травой, полетели в разные стороны. Пес рванул в чернеющую чащу. Ева немного притоптала костер и бросилась за ним следом. У исходящих дымом головешек остался лишь забытый кулек с сушеной клюквой.

Ева бежала в темноту, лишь изредка освещаемую слабым блеском светлячков. Впереди слышалось тяжелое удаляющееся дыхание черногопса. Девушка едва поспевала за своим провожатым, чувствуя, как натянутая в сердце струнка дрожит, словно желтый лист на осеннем ветру. Каждый шаг звенел болью, каждые десять отдавались пропущенным ударом, словно уходящими секундами жизни. Гордячку, умницу Еву быстро охватывала паника. Паника сковала разум, заставляла ноги оступаться. Лишь бы успеть, лишь бы спрятаться!