Книга Темный Юг, страница 180 – Алена Лотос

— Что это… — вдруг выдохнула Ева с облачком снежинок. Ее дрожащая рука указывала на белый ствол дерева.

Все очнулись, сбросили наваждение и с рвением взглянули. Феофан сошел с протоптанной тропы, приблизился к дереву. Легкий взмах обнажил не черную кору, но белую кость. Обескураженный клирик хлопнул глазами и сделал шаг назад.

— Лес снова желает пошутить, — зло сквозь зубы выдавила принцесса. Она посмотрела вверх, посмотрела вокруг себя. В ее небесно-голубых глазах промелькнул отблеск гнева и пламени. — Пугает нас и веселится. Я покажу ему настоящее веселье…

Воздух вокруг принцессы заколыхался, подернулся жирной пленкой. Огонь из глаз перекинулся на лицо, на губы, на плечи и руки, сжег часть веревки. Огонь подхватил ее, взвил вверх, к переплетенным веткам, укрытым большими сугробами. Пламя охватило ноги и подожгло платье, непрактичное, неудобное для походов по лесу. Четыре пары ошарашенных глаз и одни восхищенные наблюдали за метаморфозами принцессы, за ее превращением в факел. Она тяжело дышала, оглашая дыханием весь Лес Чудес. На мгновение показалось, будто деревья испугались, попытались отодвинуться от огненной девы. Жаль, что у деревьев нет ног.

Со всей силы огненное существо протаранило костяное дерево. Белый прах хлынул, засыпая сугробы и путешественников. Существо полетело дальше. Оно уничтожало Лес, и Лес застонал. Существо неумолимо двигалось вперед, сжигая все на своем пути.

— Скорее, пойдемте, — сухим, безэмоциональным произнес Кирран, оказавшийся во главе отряда.

Огненный дух работал быстро, прорежая Лес. Бежать пришлось быстро, но они все равно не поспевали. То тут, то там возникали мелкие пожары, занимались дальние, черные деревья. Лес Чудес сам тушил их, припорошив свежим снегом. Дух не унимался, будто желал выжечь дотла ненавидимый лес-шутник.

Кай бежал замыкающим и разве что не заламывал руки. Он ощущал боль Леса, разделял ее и горел с ним. Лес стонал и просил помощи. Даже пообещал больше не шутить так жестоко. Сильвари пару раз открывал рот, чтобы попросить больше не причинять зла Лесу. Но каждый раз его хватало только на то, чтобы хватануть немного ледяного воздуха.

Черная лесная ночь потихоньку расходилась, сдавалась перед ярким рассветом, накрывшим Темный Юг. Темнота сменялась привычным фиолетовыми сумерками. Даже воздух немного потеплел, а ветер больше не жалил так остро и беспощадно. Дух не желал останавливаться. Дивитра не желала останавливаться.

Лес решил посмеяться над ней, не показать ей только потаенные страхи, не поиграть с сознанием, а наградить болью, которая хуже физической. Она шла и видела. Она летела и видела. На каждом дереве, на каждой мало-мальски крепкой ветке висело по телу ее родичей, любимых и друзей. Возлюбленный отец. Младшая сестра, едва вступившая в возраст красоты и юношеских мечтаний. Нянюшка-кормилица. Лучшая подруга, с которой было разделено и оставлено в исчезнувшем прошлом столько секретов. Учитель фехтования и придворных манер, жеманный и обольстительный бабник. Учитель магии, славный седой старик. Невыразимо прекрасный сын и наследник рода Капе́ссос, тайная и безответная любовь. Личный клирик из Белого Ордена. Все они и многие, многие, многие другие висели на черных ветках со свернутыми шеями и высунутыми языками. Окровавленные. Грязные. Растерзанные. Безвозвратно мертвые. И Дивитра мстила Лесу Чудес, мстила за то, что он смел над ней насмехаться и показывать то, что она всем сердцем мечтала забыть. Но не могла. Слишком больно, слишком кровоточит, до разорванных вен, до сорванного от крика голоса.