Онлайн книга «Темный Юг»
|
Лес Чудес привычно воздымал туман все выше и выше, стоило им продвинуться дальше самой кромки. Белоснежная пелена закрывала черные стволы деревьев, и вечные сумерки начали казаться доброй, зимней ночью. Северяне ступали привычно, одновременно занося для шага то правую, то левую ногу. Дивитре и Киррану пришлось какое-то время привыкать к находчивому способу продвижения через коварный Лес. — Неужели… — выдохнула Ева и слабо поежилась. Ее слова вырвались снежными кристалликами на морозе. Лес Чудес вновь преобразился. Черные ветки накрыло пуховыми шапками. Быстро холодало. Ни иллюзорные, ни настоящие одежды не спасали и не дарили тепло. Двигались теперь гораздо быстрее, притопывая ногами, надеясь хоть так согреться. Даже сильвари, единственный кутавшийся в теплый плащ, жестоко мерз и тихо стучал зубами. Ева с силой потерла ладони друг о друга и призвала огонь. Пламя затрещало уютом очага, взметнулось, слегка подтапливая нависшие тяжелые сосульки. Маленькие огненные шарики взмыли вверх. Каждому досталось по своему скромному костру. Сугробы становились все больше, ноги приходилось поднимать все выше. Лес Чудес смеялся вороньим карканьем и перешептыванием духов. Черные стволы деревьев, облепленные снегом, светились тускло, мертвенно-бледно. Слабый ветер гулял по лесу, пощипывал обнаженные участки кожи, сдувал наведенные иллюзии. Ни одна иллюзия не могла дать тепла и долго сражаться с Лесом Чудес. Волосы принцессы, упрямо идущей впереди всех, раскудрявливались и теряли темный, знойный цвет. Сквозь иллюзию, как сквозь краску, сходящую с потрескавшегося холста, пробивалось золото высочайшей пробы. Смуглая кожа теряла опаленный солнцем оттенок, светлела, готовясь потягаться цветом со снегом, белизной звезд и бледностью Кая. Аппетитная фигурка танцовщицы слегка сдувалась, будто объемы переходили в рост. Оценивая издалека, Артур не сомневался, принцесса будет не ниже самого Высшего сюзерена, своего нареченного жениха. И не уступит ему ни в гордости, ни в заносчивости. И брак этот, если и не станет счастливым, точно будет нескучным… С детины, ставшего стариком, иллюзия тоже постепенностекала. Ростом он уже на голову превосходил Феофана, а как только распрямится спина, так и на полторы обойдет. Седые волосы с проплешинами изменились на светло-русую шевелюру, чуть доходящую до плеч. Плечи развернулись молодецкой статью, удлинились руки, изукрашенные белыми завитками рун, пальцы, если сложатся в кулак, вполне могли пробить незадачливую, наглую голову. При этом Кирран двигался следом за принцессой, как верный пес, подстраиваясь под ее короткие шаги, и никогда не сводил с нее взгляда. Со стороны казалось, что верный слуга тайно и беззаветно влюблен в свою хозяйку, чем та беззастенчиво пользуется. Остальные также постепенно вернули свой привычный облик. Из-за деревьев, из клубящегося у сугробов тумана, выглядывали шепчущие духи. Им было о чем напомнить неслучайным путникам, какие страхи разбередить на сей раз. Ева мерзла и в сотый раз жалела, что так нелепо попалась в плен к ведьмам и повелась на их магию, оставила всех без припасов и теплой одежды. Она отгоняла мысли о том, что вместе с остальными звала главную ведьму Матерью и даже полюбила ее. Для нее, никогда не знавшей материнской любви, настоящей семейной ласки и дружбы, это стало настоящей ловушкой. Сладкой, оттого такой опасной. Она корила себя и за то, что так и не смогла помочь любимому мужчине, что много раз становилась причиной его боли. А Лес нашептывал и убеждал, что он так и не простил ее, ибо такие поступки не заслуживают прощения. Лес напоминал, что она продолжает лгать, и не желает дарить мужу сына. А он продолжает ей верить… Ева сморгнула слезу, ресницы увлажнились и слиплись на морозе. |