Книга Темный Юг, страница 142 – Алена Лотос

Возле алтаря стояла Матушка Настоятельница. Обычные темные одежды она сменила на ярко-фиолетовые с богатой золотой вышивкой. Распущенные светлые волосы струились по плечам и спине, подчеркнуто алые губы кривил хищный оскал. В сжатой руке женщина держала окровавленный кинжал с волнистым лезвием. Чуть поодаль, за плечом Настоятельницы, стоялаеще одна красивая, алогубая женщина.

— Алласия… — прошипела со всей ненавистью Долира, уже сидевшая рядом с Евой. — Это она заставляла меня стать послушницей. Она умеет колдовать, воздействовать на разум. Если бы не приемы, которым меня научил Феофан, я бы давно стояла там, внизу…

Ева смотрела на двух восторженно-радостных женщин и готова была поклясться приметами и дзиргами Заповедного леса, что эти женщины — ведьмы. По крайней мере та, которую назвали Алласией. Целительница моргнула и множество аур распахнулось перед ее взглядом. Приглушенные разноцветные ауры послушниц испуганно дрожали, по многим уже прошлась тень тьмы, осела черными крапинками. Матушки и старшие матушки запятнали свои белые ауры куда сильнее. Аура Настоятельницы поржала глубиной тьмы, в которой вспыхивали золотые сполохи алчности и жажды безграничной власти. Аура Алласии кружилась, переливалась черными с фиолетовым, цветами ведьм.

Двух оглушенных девушек уложили на каменный алтарь голова к голове. Настоятельница подошла и, воздев руки к небу, резко воткнула клинок в грудь послушницы. Раздался предсмертный всхлип-стон. Ева оторопело наблюдала за тем, как по ауре женщины пробежалась кроваво-красная волна, как на ее лице отразилось блаженство. Еще удар и все повторилось вновь. С камня стекали жирные струйки крови.

Ева отвернулась, не в силах наблюдать за жертвоприношением. Все ее естество противилось смерти. Феофан сжимал и разжимал кулаки, пытался успокоить дыхание. Кай, напротив, наблюдал пристально, с возбужденным интересом. Артуру было достаточно звуков и шепотов, рвавших барабанные перепонки. В этих песнях, в этих молитвах он слышал зов, направленный к отцу и деду. И не было сомнений, что вскоре они ответят.

— Нужно прервать ритуал, — сказал шепотом Артур.

— Согласен. Горга за все ответит, — прошипел Феофан и изготовился к прыжку.

— Сестры мои! — провозгласила внезапно Настоятельница.

Ева аккуратно выглянула из-за своего укрытия. Феофан напрягся всем телом и прислушался. Голос Горги разносился под потолком, достигал каждого уха и проникал в подкорку.

— Здесь, под этими многовековыми сводами, мы собрались сегодня, чтобы встретить и поприветствовать наших вновь обретенных сестер по духу! Мы долго готовили эту встречу, договаривались, набирались опыта и перенималиновые традиции. И вот, этот день настал! Наша возлюбленная старшая матушка Алласия, приведи гостей!

Алогубая Алласия преувеличенно уважительно поклонилась и покинула залу через неприметную дверцу. Старшие матушки погнали перепуганных послушниц на негнущихся ногах поближе к окровавленному оскверненному алтарю. Многие молчали, лишь бросали по сторонам взгляды, полнившиеся мольбой о помощи. Самые храбрые молитвенно складывали ладони и воздевали глаза к каменному потолку. Они просили небо о смерти, быстрой и искупительной. Каменное небо безмолвствовало. Но не дремали старшие матушки, из наставниц превратившиеся в кровожадных гарпий. Девушек хватали и жестоко избивали в назидание остальным. Зал полнился горячим дыханием и криками.