Книга Темный Юг, страница 144 – Алена Лотос

— Я хочу! — раздалось вдруг снизу.

Прячущиеся в тенях за балясинами путники вздрогнули. Как Феофан умудрился так тихо и незаметно спрыгнуть с балкона в зал, осталось загадкой.

— А-а, это ты! — прошипела Горга, стремительно теряющая человеческий облик. — Клирик! Защитник Храмов и угнетенных, светлый представитель Пресветлой Калимги! И где твоя Калимга⁈ Только я осталась! Это мой Храм и теперь я здесь буду править!

— Ты сошла с ума, Горга, — чеканил слово и шаг Феофан, наступая на монашек и послушниц, жмущихся к алтарю. — И я, как представитель законной власти низлагаю тебя и проклинаю.

— У тебя здесь нет власти! — захохотала бывшая Настоятельница.

Ткань фиолетового платья Горги начала лопаться. Золотые узоры стекались к руке, судорожно сжимающей клинок. Они налипали и наращивали металл, удлиняли и напитывали магией. Из спины с хрустом вырвались огромные кожистые крылья, как у летучей мыши. Когда-то прекрасное лицо разрезало гноящимися засечками по размазанным кровоподтекам. Пальцы вытянулись, обзавелись кривыми звериными когтями. Женщина продолжила хохотать, не замечая этих изменений. Феофан не отступил, лишь покрепче ухватился за длинный, слегка погнутый меч.

Алласия стояла позади той, что раньше была Настоятельницей, и не могла скрыть восторга. Остальных, даже переметнувшихся старших монашек, обуял ужас. Некоторые заметались, бросились наземь и принялись шептать молитвы. Тогда Алласия воздела руки и молящихся пронзили десятки призрачных клинков, пригвоздив к каменному полу, словно мух.

— Если мои сестры мертвы, то мы создадим новую семью, новый ковен! Во главе с тобой, моя Горга! — воспела Алласия.

— Да! — шипение Горги огласило весь зал.

Поочередно с балкона спрыгнули и остальные. Они достаточно увидели и поняли, что подмоги не будет. Переметнувшиеся монашки вытащили из складок платьев клинки и похватали ближайших к ним послушниц.

— Если кто-то еще приносил клятву, нам нужно остановить их преображение, — уверенно произнес Артур, будто знал, с чем имеет дело.

Ева и Долира взглянули на слепого юношу, не скрывая удивления. Целительница в очередной раз угрюмо отметила, как же мало она на самом деле знала тайны своего мужа. Кай, не теряя времени, встал рядом с Феофаном и наставил черный лук на шевелящуюся толпу.

— Это они! — неистовый визг Алласии заполнил весь зал, проник в каждую щель. — Это они погубили мою семью!

— Убейте их! — не раздумывая, приказала Горга.

Из прорезанных шей на пол хлынули ручьи крови. Девушки завизжали и бросились врассыпную. Они поскальзывались на горячей алой жидкости и падали. Самых неудачливых догоняли и убивали в спину.

Кай прицелился и легко спустил стрелу, будто всю жизнь так делал. Черное древко пронзилосердце одной из женщин, начавшей оборачиваться в тварь, подобную Горге. Первое убийство свершилось, но сильвари не почувствовал никаких изменений. Лук не принял жертву. И тогда он принялся выцеливать новую.

— Зови их! Зови! Они дали клятву! — верещала Алласия, все еще не вступившая в битву.

Вокруг Горги сомкнулся круг из самых верных последовательниц. Бывшая Настоятельница принялась читать черное заклятие, от которого в одно мгновение закружилась голова у Долиры и Феофана. Мир качнулся и поплыл.

Артур бросился на помощь Феофану, попавшему в окружение взбесившихся женщин. Сперва в толпу полетели ядовитые бомбы-мешочки. Затем несколькими взмахами он отрубил руки с клинками, грозящими воткнуться в глаза клирика. Амулет действовал на пределе возможностей, определяя крик и вздох до того, как они случатся. Но у собачьего облика были когти, зубы и неоспоримое преимущество — зрение. Артур немного поспорил с собой и, мысленно, с Евой, и принялся оборачиваться в пса.