Книга Темный Юг, страница 134 – Алена Лотос

— Матушка Настоятельница ждет вас у себя сразу после завтрака, — тихо процедила женщина. — Я подожду за дверями, когда вы насытитесь и будете готовы. И не забудьте помимо одежд, что вам дали, также покрыть головы и лица. Мы не хотим, чтобы наши послушницы смотрели на мужчин.

— С каких пор вы ввели такие необычные требования? — взвился клирик.

Он готов был принять и, по зрелому размышлению, даже посочувствовать новым требованиям безопасностиХрама. Но никогда и нигде прежде на землях Пресветлой Калимги не заставляли мужчин скрываться и покрывать лицо.

— Это наш устав и даже вы, клирик, не имеете права диктовать нам, как нам жить, — с исключительным достоинством проронила матушка и вышла из кельи.

— Они даже представляться перестали… — отметил Феофан задумчиво. — А вот этой матушки я и вовсе не припомню. Не могла же новенькая меньше, чем за один год, так высоко подняться по храмовой иерархии.

— Что-то тревожит тебя? — осторожно спросил Артур. Золотой медальон на его шее слабо вибрировал и просил быть настороже. Даже пес внутри беспокойно заворочался и потребовал выпустить его на разведку.

— Они отгородились от всего мира и живут по своим правилам, — пустился в неловкие объяснения клирик, сев за кашу. Сейчас он нуждался в собеседнике, способном понять и задать верные вопросы. Увидеть свежим взглядом то, что он сам упускал. — Каждый храм и монастырь здесь подчиняется велениям Первого Архонта, согласует жизнь, потребности, молитвы и празднества. Я — клирик, я представитель власти Архонта. Но они…

— Не желают подчиняться? — со смешком спросил Артур, облизнув ложку.

— Не желают, — коротко кивнул Феофан.

— А где он, твой Архонт? — надавил Артур. — Если он сидел в захваченном Темными Эсмерполе, то над ними нет больше никакой власти, кроме власти Высшего духа.

— Ты над моей верой потешаешься? — взвился Феофан, кинув ложку на стол. Ложка горько звякнула и улетела на пол.

— Лишь прошу взглянуть на ситуацию с точки зрения человека, у которого больше нет страны, в которой он жил, и власти, которой был верен, — с довольно жесткой усмешкой ответил Артур. — Все разваливается, Феофан. Деревни пусты, Столпы Света погасли, по дорогам бродят зачарованные крестьяне и рыщут конные разъезды Черных рыцарей. А твари из Леса Чудес настолько осмелели, что рискуют торговать детьми дворян. То, что монашки решили закрыться от всего мира, наименее удивительное из всего, что с нами происходило.

— Мы вернем все как было и восстановим истинную власть в Пресветлой Калимге, слышишь, ты, порождение Темных! — ударил кулаком по столу разъяренный клирик. Его грудь ходила ходуном от бешенства, а правая рука невольно нащупывала клинок на поясе. — Вас дали мне в помощь, вот и помогайте! Ваших советов и размышленийя не просил!

Клирик поднялся, отодвинув от себя вмиг ставшую гадкой кашу, и в два огромных шага вышел из кельи. Артур пожал плечами и со вкусом доел остатки завтрака. Бороться в проигранной битве он не собирался. Этот раунд остался за Темными. Нужно отступить и попробовать вновь.

— Если только вам будет, что восстанавливать, — бормотал под нос Артур, переодеваясь в чистые темные одежды. — Мои отец и дед способны камня на камне не оставить в этих землях… С ними уже пытаются договориться проклятые ведьмы.