Книга Рассвет и лед, страница 17 – Хелен Мерелль

– Согласна, это странно, но я не вижу другого объяснения тому, что у всех на борту, от кока до капитана, наблюдаются те же симптомы.

– А пропавший матрос? – задумчиво спрашивает Свен. – Кто-то мог случайно столкнуть его в воду…

– Интересно, как вы пришли к такому выводу, доктор Дженсен, – язвительно замечает Маркс. – Или детективных сериалов пересмотрели?

Свен смеется. Маркс записывает мою гипотезу об агрессивном духе, но, судя по его недовольному лицу, не особо ей доверяет. Я не настаиваю, поскольку сама все еще сомневаюсь. Коллективная одержимость злым духом? Впервые о таком слышу. С другой стороны, если экипаж «Полярной звезды» в самом деле вторгся на священную землю и неосознанно ее осквернил, мстительные духи могли прийти к ним, дабы заставить пожалеть о содеянном.

– В любом случае, нам необходимо выяснить, была ли остановка у Медвежьего острова простым совпадением или же они целенаправленно прибыли туда, чтобы осквернить священное место.

– Узнать это очень легко. – Маркс указывает подбородком в сторону компьютера, стоящего на раскладном столе.

Линии, штрихи и цифры на экране должны обозначать последовательное перемещение корабля, с указанием широты и долготы. Расшифровать их мне не под силу. Однако признаться в этом мне не позволяет самолюбие. К счастью, на помощь приходит Дженсен.

– Первая часть их путешествия совпала с заявленной: они пересекли Карское море, затем пролив Фрама… И только добравшись до юга Шпицбергена, они остановились на несколько часов. Видите эту точку? Это позиция GPS, и она находится у Медвежьего острова, а не в запретных водах.

Он нажимает несколько кнопок, и курс корабля появляется на экране в виде горячей красной пунктирной линии.

– Похоже, они прошли чуть севернее острова Ян-Майен, а затем взяли курс на запад, – объясняет он. – Шторм вызвал дрейф. Они несколько раз пытались скорректировать курс.

Я изучаю последовательность указанных точек. Линия проходит в опасной близости к изрезанной береговой линии. Вплоть до Моржового мыса, куда волны загнали корабль.

– Они не так уж и далеко от конечного пункта назначения, – заметил Свен. – Им следовало бросить якорь в заливе Онэ, в ста пятидесяти милях отсюда.

Именно так и сказал капитан.

Я посмотрела через плечо Свена на карту. Все именно так, как я и думала: залив Онэ – необитаемая бухта на побережье Блоссевилля, одного из самых труднопреодолимых берегов Гренландии. Что «Полярная звезда» забыла там, если они почти добрались до пункта назначения?

Здесь даже порта нет!

Я вижу побережье в ста пятидесяти милях к югу отсюда: там ничего нет. Извилистые фьорды, ледники, погруженные в океан, скалы и бухты, столь же негостеприимные, как Моржовый мыс.

Свен, похоже, пришел к такому же выводу:

– Несколько лет назад я проводил здесь исследования для одной нефтяной компании… Вся эта территория необитаема, ведь так?

Я с облегчением понимаю, что даже эксперт разделяет мое недоумение.

– Да. Между Тасиилаком^[16]и Иллоккортоормиутом почти восемьсот километров береговой линии и ни одной деревни. Но, возможно, есть несколько автоматических метеостанций и рыбацкие хижины, которые используются только летом. Местные жители могут добраться туда на лодке, но такой крупный корабль, как «Полярная звезда», не сможет там причалить.