Книга Жестокий. Моя по контракту, страница 7 – Виктория Кузьмина

— Со скольки до скольки рабочий день?

— С девяти утра до пяти вечера, но повторюсь на этой должности-важно быть на связи всегда.

— Я была бы не против попробовать.

— Давай так, напиши статью про наш клуб- пробную, я унесу её руководству и, если все будет хорошо- ты принята нам очень нужен тот, ктоумеет работать с текстом, а не просто красиво писать. И потому что мне нужен человек, который не сбежит после первой же взбучки от начальства. Если не одобрит- то должность администратора — твоя.

Алина замерла. Деньги. Операция. Комиссар.

— Я согласна.

Лена улыбнулась.

— Отлично. Отправь мне сегодня до пяти часов вечера статью. Завтра в восемь встречаемся. Встреча сАртемом Волковым.

* * *

По пути домой Алина купила баночки детского пюре.

— Держись, мальчик, — шептала она, шагая к дому. — У нас появился шанс.

Но в грудисжимался холодный комок страха.

Она должна получить эту должность. Завтра она встретит его. Хозяина Волчьей Стаи.

Последнюю надежду.

И, возможно, самого опасного человека в своей жизни.

Дождь стучал по стеклянному фасаду клуба Волчьей Стаи, когда Алина подошла к тяжелой двери кабинета Артема Волкова. Она сжала папку с документами так, что костяшки пальцев побелели. Тише. Спокойнее. Просто будь серьезной, — мысленно повторяла она, сглатывая ком в горле. Образ Комиссара, слабо вилявшего хвостом утром после таблетки, придал ей решимости. Она постучала.

Войдите.

Голос был низким, резким, лишенным тепла. Алина толкнула дверь.

Кабинет поразил своим контрастом с шумом клуба. Тишина. Пространство, залитое холодным светом от панорамных окон. За массивным столом из черного дерева сиделАртем Волков.

Он былогромен. Даже сидя, он доминировал над пространством. Широкие плечи, напряженные под тонкой тканью темной рубашки. Руки, сложенные на столе, — мощные, с выступающими венами и старыми шрамами на костяшках. Лицо — резкое, словно высеченное из гранита: тяжелый подбородок, прямой нос, глубокие морщины у губ. Но больше всего Алину пронзилиглаза. Серые, как промозглая московская мостовая, холодные и оценивающие. Они скользнули по ней — от скромных туфель до волнистых каштановых волос, собранных в строгий хвост. Взгляд был не наглым, а… инспектирующим. Как оценивают новый станок на производстве.

— Соколова? — спросил он. Голос был ровным, но в нем чувствовалась сталь.

— Да. Добрый день, Артем Сергеевич, — Алина едва слышно сглотнула, стараясь улыбнуться. Будь вежливой.

Он кивнул на стул напротив. — Садитесь.

Алина опустилась на самый краешек, выпрямив спину. Руки с папкой лежали на коленях.

— Лена прислала вашу статью-неплохо написано. Филолог. Учительница. — Он произнес это без насмешки, но и без интереса. Констатация факта. — До этого писали?

— Д-да. Для студенческой газеты. Небольшие статьи. И… вела блог о классике, — добавила она поспешно, надеясь, что это прозвучит как плюс.

Он лишь поднял бровь.

— Блог. — Слово повисло в воздухе. — Расписание, встречи, пресс-релизы, посты для соцсетей. Иногда — личные поручения. Справляться надо быстро и без ошибок. Я не терплю некомпетентности и… — его взгляд стал тяжелее, — …слезливости. Понятно?

Алина кивнула так быстро, что голова закружилась.

— Понятно. Я очень ответственная. И… и научусь быстро. Обещаю. — Голос дрожал, но она заставила себя смотретьему в глаза. Ради Комиссара. Ради денег.