Книга Гленнкилл: следствие ведут овцы, страница 97 – Леони Свонн

– Габриэль… – осторожно начала Сара, но Мельмот ее перебил:

– Внимательность поможет вам учуять безволосые мысли двуногих. Лицемеры звука, предатели запаха, но внимательных им не одолеть.

Мельмот изучал лица овец, пытаясь определить, поняли они его или нет. Но овцы благодаря общению с Джорджем наловчились принимать знающий вид, и Мельмот осознал, что их не так-то просто разгадать.

Затем, когда большинство овец уже потеряли всякую надежду, началась практическая часть занятия. Правда, началась она менее увлекательно, чем они себе представляли. Первое задание заключалось в том, что они должны были со всей внимательностью злобно смотреть на большой круглый камень.

– Но камни ведь не опасны! – возразила Хайде.

– Ошибаешься! – прошипел Мельмот. – Если он упадет на голову, то может тебя убить. – Он хихикнул, довольный своей шуткой.

Хайде испуганно отпрыгнула от камня.

– Дело именно в том, что мы считаем камень безопасным, – объяснил Мельмот. – Когда речь идет о собственной шкуре, любой ягненок может быть внимательным.

Овцы уставились на камень, собрав в кулак всю внимательность, и если бы камень не был каменным, то под их сверлящими взглядами он бы растаял, как снег по весне. Пока овцы были заняты камнем, дневной зной превратился в страшную грозу. Камень сверкал в свете молнии. Гремел гром, и овцы промокли.

Первой потеряла терпение Хайде.

– Я больше не хочу быть внимательной! – проворчала она. – Я просто хочу научиться пасти овец, как ты. Я хочу научиться быть опасной!

– Пока ты не научишься пасти саму себя, ты никого не сможешь спасти, – ответил Мельмот. – И ты уже опасна – для самой себя. Только когда ты перестанешь представлять опасность для себя, ты станешь опасной для других. Все просто, правда?

Не все овцы в тот день постигли то, что Мельмот называл «высокое, как небо, широкое, как ноздри, искусство внимательности», но все чему-то научились. Мод научилась спать днем с открытыми глазами. Моппл понял, как продержаться весь день без травы, Сара усвоила, как отгонять от себя мух не ушами, а подергиванием разных мышц, а Хайде научилась вести себя тихо. Мельмот остался доволен таким началом.

Позже, когда ночной воздух после грозы стал чистым и душистым, Мельмот стал раздавать небольшие задания. Им нужно было идти прямо на скалы и при этом следить за каждым шагом. За ходом упражнения Мельмот наблюдал с уступа Зоры. Она очень впечатлилась, а Моппл выглядел задумчивей обычного. Затем Мельмот велел овцам стащить насквозь промокшую шляпу Габриэля, которую тот забыл на ступенях пастушьего фургона, убегая от дождя в сарай.

Овцы учились быстрее, чем успевали это осознать. Они поняли, что если замечать все так внимательно, как того требовал Мельмот, то времени на страх уже не останется.

Конечно, не все получалось сразу. Моппл забыл о внимательности во время тренировочного нападения Мельмота, не успел увернуться и был сбит с ног. Хайде так старалась быть внимательной во время еды, что забыла сглотнуть и подавилась травой.

После обеда Мельмот начал учить овец чему-то в высшей степени антиовечьему. Он научил их, как не дать себя пасти.

– Но у нас не получится! – запротестовала Лейн. – Оно само идет через ноги!

– Получится, потому что вы позволите этому получиться, – ответил Мельмот. – Они могут вас пасти, потому что сами себя вы пасти не умеете. Забудьте о стаде. Забудьте о собаках. Пасите себя сами.