Книга Гленнкилл: следствие ведут овцы, страница 102 – Леони Свонн

– Не завидую, что тебе каждую неделю приходится выслушивать исповеди, – спустя какое-то время пробормотал Хэм. – Представляю, что они рассказывают! Лопатой!.. Кто ж до такого додумался?.. – Он потряс головой.

Бог так низко перегнулся через стол, что казалось, вот-вот упадет, и уставился Хэму прямо в глаза. Мясник тем временем немного успокоился и откинулся в кресле.

– Никто ничего не рассказал. Ни-кто. Ни слова. Даже во время исповеди. Про Маккарти – да, слушать уже тошно! А вот о Джордже – ни слова. Они об этом подумывали, да. Но никто не хотел брать на себя.

Хэм пожал плечами, словно эти слова не слишком его впечатлили. Но второй с каждой секундой распалялся все больше.

– От этого молчания у меня мороз по коже, Хэм! Даже перед Богом… Я очень, очень надеюсь, что они исповедаются. Знаешь, на них это совсем непохоже. Они всегда как сумасшедшие бежали вываливать на меня все, что тяготит их нечистую совесть. Может… Все-таки лопата – это уж слишком дико. – Длинноносый устремил на Мясника хитрый взгляд. – Погоди-ка, – сказал он, – а что тыделал на месте преступления в день похорон Джорджа?

Хэм скорчил физиономию. Видимо, ему неприятно было вспоминать о туманном утре. Стеклянными глазами он таращился в окно прямо в карие глаза Моппла.

– Хотел вернуть цепочку! – прорычал он. – Мне пришла в голову та же идея, что тебе, причем без исповеди. Идиот Джош. Полиция не появлялась на пороге, и я подумал, что она все еще лежит там… – Взгляд Хэма что-то зацепил, и он осекся.

Бог засмеялся.

– И Джош в это же время искал твою штуку – раскаяние и все такое. Тоже ничего не нашел. Какая-то здесь чертовщина, и мне кажется…

Бог осекся на полуслове, увидев застывшую гримасу ужаса на лице Хэма. Он проследил за взглядом Мясника и замер. Внезапно он побледнел и прижал левую руку к груди.

– Он здесь! – заревел Хэм. – Сейчас я его схвачу!

Уверенными движениями Мясник разогнался на коляске и бросился к двери. Бог растерянно таращился на черный прямоугольник, в котором на секунду показались три овечьи головы в красноватом свете.

* * *

Моппл, Мапл и Отелло под моросящим дождем неслись на выгон. Они остались довольны. Пусть они и не смогли окончательно избавиться от страха, зато успешно навели ужас на Бога и Мясника.

Отелло бежал гордо. Он поразил Бога своими четырьмя рогами, и уже ради такого стоило затевать всю эту заварушку. Даже Моппл бежал с поднятой головой. Мельмот был прав! Немного внимательности и бесстрашного овечьего взгляда могут нехило напугать человека.

Задумавшись о своих новых умениях, Моппл взял бодрый темп и теперь бежал плечом к плечу с Отелло. Он уже собирался застенчиво отстать на пару шагов, как вдруг Отелло повернулся и взглянул ему в глаза.

– Тыстолкнул Мясника со скалы? – спросил он.

Моппл поднял голову. Как он атаковал Мясника в тумане… Сильный, как вепрь! Внимательная овца действительно способна на что угодно…

Но тут пришло воспоминание. Моппл был бараном с отменной памятью. Он запоминал все.

– Нет. – Он вздохнул. – Он гнался за мной в тумане. И потом упал. – Моппл опустил голову.

Позабавленный Отелло фыркнул, но смотрел дружелюбно.

– Все равно здорово! – сказал он.

Они повернулись к Мисс Мапл, которая немного отстала. Она то и дело останавливалась на проселочной дороге и рассеянно отщипывала листочки живой ограды. Бараны терпеливо ждали.