Книга Сказание о судьбе и пламени, страница 18 – Морган Готье

Нас с сёстрами растили так, чтобы мы были друг другу врагами. Мы должны были бороться за крохи материнского внимания и за те редкие проявления ласки, на которые она была способна. Я не осознавала этого, пока не начала наблюдать за тем, как взаимодействуют братья: я видела в сёстрах своих врагов, а не подруг. Теперь у меня за них болит сердце. Я сбежала. Они нет. Может быть, однажды у меня будет шанс помочь им тоже увидеть свет.

Но пока такой возможности нет, я буду греться на солнце своего спасения.

Я буду печь. Буду садовничать. Буду ходить по магазинам. Я буду плавать. Буду учиться. Буду расти. Буду любить. Я буду жить — жить по-настоящему.

Я достойна счастья.

Рука Финна задевает мою, когда он тянется к муке, чтобы припудрить ею форму для хлеба изнутри. Внизу живота порхают бабочки. Как один человек может так на меня действовать? Всего лишь лёгкое касание его кожи о мою и сердце срывается в бешеный галоп. Последние пару недель я перебираю свои чувства, убеждая себя, что всё, что происходит между нами, это просто дружба. Но я никогда ни к кому ничего такого не чувствовала. Никогда не чувствовала такого к другу.

Я улыбаюсь ему, а он улыбаетсяв ответ, поправляя оправу на переносице тыльной стороной ладони.

Он на своём месте. Печёт, готовит, создаёт. Он с той же заботой выкладывает еду на тарелки, с какой поддерживает тех, кто рядом с ним. До торжественного открытия его аптекарской осталось несколько дней, и я не могу удержать волну гордости, распирающую грудь. Он сделал это. Он погнался за мечтой, и через считаные дни люди, которые его боятся, наконец получат шанс увидеть его таким, каким вижу его я. Он заслуживает этого восхищения.

— Ты странно на меня смотришь, — нервно усмехается он. — У меня что-то на лице?

Мой взгляд скользит по его загорелым щекам. По линии челюсти размазалась мука, но точно не из-за неё у меня такой взгляд.

Я хватаю чистое кухонное полотенце с разделочной тумбы и мягко провожу им по его лицу. В такие тихие мгновения мне кажется, будто я лечу в свободном падении. Это одновременно и захватывающе, и страшно.

— Теперь чисто, — шепчу я.

Мой взгляд поднимается и встречается с его. Я тяжело сглатываю. То, как он смотрит на меня, способно остановить моё сердце. Жар распускается в груди и растекается, пока каждый сантиметр моего тела не начинает ощущаться так, будто я в огне.

— Спасибо, — тихо говорит он.

— Пожалуйста, — прочищаю горло и отрываю взгляд. — Когда они вернутся?

Финн пожимает плечами.

— Атлас вернётся к ужину. А поймёт ли Никс вообще концепцию пунктуальности, не знаю, но в какой-то момент он объявится. Если я знаю своего брата, он сейчас «У Пру» берёт ещё по последнему стакану с Ронаном, прежде чем устроиться на вечер.

— Я сегодня познакомлюсь с принцем Ронаном? — спрашиваю я. Я ещё не успела встретиться с наследным принцем, но, если он хоть немного похож на своих кузенов, мы быстро подружимся.

— Я бы предположил, что да, — кивает он. — Ронан и Никс будут умирать с голоду после того, как устроили хаос по всему городу.

— Уверена, они не настолько ужасны, — хихикаю я.

— Ты явно не оставалась с ними в одной комнате хотя бы на пять минут, — усмехается он. — Хаос.

— Ну, я жду этот хаос.

Будто по сигналу, входная дверь с грохотом распахивается, и три мужских голоса взрываются шумным смехом.