Книга Эльфийка-травница для дракона-циника, страница 15 – Лиззи Голден

Впрочем, он сделал то, что должен ― приготовил отвар, напоил им мальчишку, и теперь остается только ждать. Ребенок должен очухаться уже к утру. А если нет… Сайрен не хочет даже думать в этом направлении.

Он относит мальчика в его комнату и укрывает пуховым одеялом. Илай даже не просыпается.

Сайрен какое-то время сидит рядом, чувствуя себя странно. В детстве он мечтал, чтобы во время того, как он болел, на его кровати сидел бы близкий человек, гладил по голове, менял компрессы и рассказывал добрые сказки. Но в основном за ним ухаживали слуги, которые лишь выполняли свою работу ― в меру заботились, но на самом деле его не любили.

Впрочем, любовь ― это такая глупость. Скорее всего, ее не существует. Вздохнув, Сайрен встает, чтобы сообщить Мирине и слугам о том, мальчишка болен, и нельзя оставлять его без присмотра. Все-таки стоит вызвать целителя для полноценного осмотра и лечения: со своей стороны Сайрен сделал все, что мог.

Первое, о чем хочет спросить Сайрен, увидев Мирину на пороге библиотеки, так это о состоянии Илая. Но после того как целитель осмотрел мальчика и назначил снадобья от простуды и лихорадки, он убедил себя, что это больше не его дело.

Поэтому он лишь хмурит брови в ответ на ее вторжение.

― Я… хотела сказать тебе спасибо, ― тихо произносит эльфийка ― они условились, что перейдут на «ты», чтобы у слуг не возникало сомнений, что они ― действительно муж и жена. ― За Илая… что ты вчера так хорошо позаботился о нем.

― Позаботился, потому что больше некому было, ― сухо бросает он, не желая показывать, что его тронула ее благодарность: обычно его помощь все, в том числе и Лаиса, воспринимали, как должное.

― Еще утром он был полностью здоров, ― пожимает та плечами, как бы оправдываясь за свою халатность. ― Но стоило мне отлучиться на минутку, как ему резко стало плохо…

― Иногда болезнь зреет несколько дней, а потом прорывается, ― говорит Сайрен непонятно, зачем. Как будто он тоже хочет оправдать Мирину, что не уследила за ребенком. ― И… кстати, где ты была?

На самом деле он не хочет ее контролировать ― ему это ни к чему. Но в этой ситуации считает нужным узнать. Что если Мирина заведет моду пропадать куда-то надолго в надежде, что он последит за ее сыном? Он не собирается становиться ему нянькой и вообще ― мечтает как можно скорее отвязаться от дядиной пассии, чего бы это ему ни стоило.

Мирина смотрит на него неуверенно, будто не решаясь сказать.

― Я ходила за травами, ― выдает она и густо краснеет, опустив глаза.

Сайрен внимательно на нее смотрит. Отчего такая реакция?

― Ты ― травница? ― задает он вопрос, на который уже почти знает ответ. Ведь эльфы в основном все занимаются травничеством и целительством, это у них врожденный дар.

Самое время узнать о женушке чуточку побольше ― как раз после свадьбы самое время.

Мирина с силой сжимает руки перед собой.

― Я просто подумала… ― бормочет она, глядя в пол, ― Тебе это может не понравиться.

Она замолкает, все еще краснея и смущаясь непонятно чего.

― Ты не хотела говорить, что ты травница, как и многие из твоего рода? ― уточняет Сайрен.

― Ну… да, ― пожимает она плечами и тут же вскидывает на него глаза с молчаливой просьбой. ― Ты же не будешьпротив, если я буду заниматься этим на кухне? ― заканчивает она, судорожно выдыхая, как будто просит о чем-то трудновыполнимом или неподобающем.