Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 29 – Карисса Бродбент

Он показал на следующий предмет – крохотное, перепачканное в крови одеяло. Меня замутило, когда я посмотрела на него, хотя и непонятно почему. Совсем маленькое и когда-то белое, оно было сейчас покрыто красно-черной кровью. Трудно сказать, кровью вампира или старой запекшейся кровью человека.

– Тайны, – произнес Азар. – То, что смертные прячут от самих себя. И наконец… – Его взгляд остановился на последней части круга, которая была пуста. – Душа. Вот для чего мне нужна ты.

– Почему?

– Представлять душу может что угодно, но действеннее всего – нечто связанное с духовной деятельностью. Эта женщина была ревностно верующей. Так что прикосновение света Атроксуса вполне подойдет.

Мои глаза метнулись обратно к колье – к символу, который выглядел таким знакомым.

– Значит, она тоже жрица Атроксуса.

Вот оно что. Это не была эмблема ордена Предреченной Зари. Умершая принадлежала к гелианам – одной из мелких сект, поклоняющихся Атроксусу.

Я, прищурившись, посмотрела на Азара:

– Кто она?

– Она была узницей Мортрина.

Человек здесь? С какой стати?

– Но почему?..

Слишком много «почему».

– Почему ее заключили в тюрьму? Почему ты хочешь ее оживить? Почему она мертва? Это тоже имеет какое-то отношение к твоей миссии?

Азар устало вздохнул:

– Мне нужна твоя магия. А не твои вопросы.

– Зачем тебе сразу два последователя Атроксуса?

– Про запас, на случай если одна из вас вдруг погибнет.

Я посмотрела на труп:

– Вообще-то, одна из нас уже умерла.

– Это не считается, – раздраженно возразил Азар. – Она мертва всего несколько часов. Если ты погибнешь там, то я уже не смогу тебя спасти.

Там.

В нижнем мире.

Я содрогнулась, но вовсе не от холода. И спросила:

– А если я откажусь?

– Это будет неразумно с твоей стороны.

– Мне нельзя участвовать в ритуале некромантии. Атроксус может лишить меня магии за то, что я связалась с запретным искусством, и тогда я стану для тебя бесполезна.

Я скрестила руки на груди. Выглядела я, может, и уверенно, но так себя не чувствовала: едва эти слова слетели с губ, как я поняла, что тревога моя на сей счет вполне обоснованна.

Неизвестно, почему Атроксус вернул мне магические способности именно сейчас. Но я была полна решимости удержать их, а связаться с некромантией – прекрасный способ доказать богу, что я, несмотря ни на что, просто нечистая, порочная вампирша.

Азар нехотя задумался. Потом снял со стены фонарь, достал искривленный кусочек воска, погасив ладонью синие язычки Ночного огня, и протянул мне.

– Ты освящаешь свечу. Я делаю все остальное. Твоя бессмертная душа останется незапятнанной.

Я рассматривала свечу – бесформенную, пыльную. Совершенно непохожую на те, что я много лет назад зажигала на ступенях Цитадели. И все же она казалась очередным глумливым напоминанием о том дне, когда меня осенило благословение, и том, как низко я с тех пор пала.

Затем мой взгляд скользнул на мертвое тело. Труп и правда был свежий. Еще чувствовался запах крови, которая не успела скиснуть в жилах, и желудок не давал мне забыть об этом. Могло показаться, что женщина спит: закрытые глаза, расслабленный рот, разгладившееся чело. Она походила на жриц, которых в детстве вокруг меня было очень много. Безмятежная, изящная и очень человеческая.

– Как ее зовут? – спросила я.

Я сомневалась, что Азар станет отвечать. Но он сказал: