Книга Безнадежные, страница 24 – Татьяна Семакова

— С последним соглашусь, — неожиданно раздается голос от двери.

Я резко поворачиваю голову, убеждаясь, что мне не почудилось, а когда натыкаюсь на Бугрова взглядом, хочется сгореть на месте. И это даже не стыд. Я чувствую себя уязвимой и униженной.

— Закончим разговор дома, — внезапно севшим голосом говорю я. — Клиент подъехал, — тише произношу я.

— Я закончил, — сухо отвечает муж, оторвав взгляд от прилипшего спиной к двери Бугрова.

И как долго он там, интересно, стоит? Что успел услышать? Еще не хватало, чтобы он решил, что у нас с мужем размолвка! Она есть, но ему об этом знать точно ни к чему!

— Я провожу тебя, — неловко покашляв, мямлю я и хватаю Илью под локоть. — Приду сегодня пораньше, — мягко произношу я у двери. — Мы оба уже успокоимся и обязательно найдем компромисс. Хорошо?

— Конечно, — скосив взгляд на Бугрова, продефилировавшего мимо нас с видом барина, мило улыбается Илья. Потом быстро целует меня в щеку и выходит.

— Так ты гонишься за большими деньгами? — хмыкнув, насмешливо спрашивает Бугров.

— Сожалею, ваш костюм еще не готов, — звенящим тревогой голосом произношу я.

— Хочу посмотреть, — настаивает он. — Там? — он кивает на коридор, ведущий к дверям в служебное помещение, и, не дождавшись ответа, идет в нужном направлении.

— Вам туда нельзя! — выпаливаю я ему в спину.

— Почему? — не оборачиваясь и продолжая путь, интересуется он. — У клиента, отвалившегобабки за срочность, меньше прав на экскурсию, чем у любовника?

Меня снова точно кипятком обдает. Я застываю на месте с приоткрытым ртом, а в голове начинает пульсировать жутковатая мысль. Он что, прослушивает ателье? Или в окна подглядывает? Когда я водила Илью, его совершенно точно не было.

— Сюда? — безошибочно определив мастерскую и взявшись за дверную ручку спрашивает он.

— Он мой муж, — невпопад отвечаю я.

— И что? Вы не трахаетесь? — ухмыляется он и проходит, продолжая вещать, но чуть громче: — Если брак означает отсутствие секса, я никогда не женюсь.

Бугров протяжно присвистывает, и я оживаю, срываясь с места.

— Вам сюда нельзя! — дерзко повторяю я, встав в дверном проеме. — Прошу вас выйти и дождаться звонка о готовности.

— А если нет, то что? — нагло спрашивает он. — Выставишь меня силой?

— Я… вызову полицию, — неумело грожу я. — И позвоню владельцу!

— Пожалуешься бате, но не мужу? Едва ли он успел дождаться автобуса. Хотя, может, шиканет и обратно тоже поедет на такси.

— Да что вы себе позволяете? — с непрошеной детской обидой в голосе спрашиваю я.

— Не дуйся, — усмехается он и садится на стул у раскройного стола. Берет с него оставленную мной визитку Веры и постукивает по ней пальцем. — Полезный контакт. Не потеряй.

— Да, Господин, — вырывается из меня издевка.

— Я за равноправие. Если это не часть ролевухи. Тогда я за.

— Немедленно покиньте ателье! — выхожу я из себя. — Считаю до трех!

— Моя матушка так часто это повторяла, что у меня… как это? Сформировался устойчивый иммунитет, — сосредоточившись, с идеальной дикцией произносит он. — Иди сюда, — небрежно подзывает он. — Покажи, что успела сделать.

— И вы уедете? — настороженно уточняю я.

— Зависит от того, что увижу.

— Вот, — брякаю я, широким жестом показывая на лежащие на столе брюки.

— С таким отношением бизнес не построить, лапуля, — чуть сморщившись, говорит он, а мне снова становится не по себе.