Онлайн книга «Заложники пустыни»
|
— Я пришел, — сказал Модибо Тумани. — Я сделал все так, как вы велели. Что дальше? — Дальше будем ждать, когда твое начальство соберет армию, — ответил из темноты Амулу. — Кажется, именно это было тебе обещано. Я не ошибся? — Армия прибудет через неделю, — сказал Модибо Тумани. — И это мне известно, — сказал Амулу, и в его голосе ощущалось то самое торжество, какое обычно бывает у победителя, когда он говорит с тем, кого победил. — Что ж, подождем… Мы умеем ждать. Советую подождать и тебе. И не совершать никаких неправильных поступков. Это в твоих же интересах. — Мне нужны гарантии! — сказал Модибо Тумани. — Какие еще гарантии? — спросил Амулу. — Что моя семья жива и с ней все в порядке. Чтобы я не совершил никаких неправильных поступков, как ты выразился. Например, чтобы я тебя не убил… Какое-то время темнота молчала, затем из нее раздался голос Амулу: — Моего слова тебе хватит? — Хотелось бы гарантий понадежней. — Придется тебе поверить моему слову… — Я могу идти? — спросил Модибо Тумани. — Можешь, — отозвался Амулу. — Ступай и жди. Мы скажем, что тебе делать дальше. — Скажете — когда? — Когда нам это будет нужно. Модибо Тумани тяжело поднялся с камня, какое-то время он стоял, молчал, затем сказал: — Имей в виду, Амулу. Если с моей семьей что-то случится, я тебя убью. Ты от меня не скроешься. Я найду тебя хоть на краю пустыни. Даже если ты зароешься в песок, как трусливая змея, я тебя все равно найду. Помни это. Если, конечно, ты не убьешь меня раньше… На это Амулу ничего не ответил. Модибо Тумани постоял еще немного, затем пошел. Он шел и чувствовал чей-то острый, злобный взгляд. Этот взгляд был как нож, вонзенный в спину. Было по-прежнему темно, и Модибо Тумани не мог видеть, чей именно это взгляд, но ему этого и видеть было не нужно. Он и так знал, что это смотрит Амулу. Люто, ненавидяще. И вот что было странно и непонятно. Модибо Тумани неплохо знал Амулу. Он знал, что Амулу самолюбив и горяч. Только что Модибо Тумани его оскорбил, пригрозив убийством и сравнив с трусливой змеей, зарывшейся в песок. По логике вещей, Амулу должен был ответить Модибо Тумани. Словом или действием — хоть как-то. Но он не ответил, он промолчал. Молчаливая ненависть была ответом — как у собаки, которая привязана на цепь и потому не может укусить того, кого ей хочется укусить. А отсюда просто-таки сами собой возникали вопросы. Почему Амулу смолчал в ответ на оскорбление? Кто его посадил на цепь? А ведь посадил — не иначе. И кто держит в руках эту цепь? А из всех этих вопросов неизбежно вытекали и другие. Ведь если вдуматься, то что же получается? А получается вот что: вполне может быть и такое, что это не Амулу по своей собственной инициативе похитил семью Модибо Тумани, а ему приказали это сделать. Кто приказал? Те, кто держит в руках конец цепи, — другого ответа быть не могло. Но кто эти люди? Что нужно им от Модибо Тумани? Впрочем, понятно, что им нужно. Их желания озвучил Амулу. Действует не сам Амулу, а те люди, которые угадываются за его спиной, хотят нанести солдатам Мали поражение — тяжелое, страшное, решительное. Но кто они, эти люди? Понятно, что они враги Мали, но все равно кто они? А может, Модибо Тумани в чем-то ошибается? Может, его размышления пошли по неверному пути? Может ли такое быть? Еще как может. Ему, Модибо Тумани, сейчас очень плохо. У него горе. А человек, у которого горе, часто не в состоянии рассуждать здраво. Ведь известно, что горе затмевает разум. Ну так не ошибается ли Модибо Тумани в своих догадках и предположениях?.. |