Книга Горячее эхо песков, страница 57 – Александр Тамоников

— Как ребята угодили в ту тюрьму — разведка пока не знает. Выясняет, понимаешь ли. А вот сколько она будет это выяснять, тоже неизвестно. Тут ведь дело тонкое… Да, в общем, и неважно, как Иваницкий со своими людьми оказался в той тюрьме, если, конечно, это они. Тут важно другое. Сколько бы они в той башне ни геройствовали, а конец — один. Рано или поздно их оттуда либо выкурят, либо уморят голодом, либо еще что-нибудь сотрорят… Ты понимаешь, к чему я это тебе говорю?

— Так точно, — сказал Богданов. — Помочь надо тем людям. Попытаться их спасти.

— Вот именно — помочь! Спасти! Причем немедленно, насколько это возможно!

— Есть.

— Вопросы будут?

— Только один. Еще что известно о тех бунтарях?

— Немногое, — ответил генерал. — Говорят, их там в башне то ли семь, то ли восемь душ. Все — бывшие заключенные. Вроде как пытались бежать из тюрьмы, но по каким-то причинам это им не удалось. Вот они и заперлись в башне. И еще. Отчего-то их называют “холодными людьми”.

— И что это означает?

— Говорят, в тех местах так называют жителей северныхстран. А мы по отношению к Пакистану и есть северная страна. И вот ты себе представь: какие-то жители из какой-то северной страны угодили в секретную тюрьму, попытались из нее сбежать, устроили бунт.

— Кто и как узнал, что в тюрьме бунтуют эти “холодные люди»?

— Говорю же, разведка.

— А она от кого?

— Вроде как по базарам слух прошел. Ну что ты кривишься? Слухи на восточных базарах всегда были важным источником информации. А главное, правдивым. Будто сам не знаешь!

— Знаю, — сказал Богданов. — Непонятно лишь одно: откуда эти слухи вообще возникли? Тюрьма-то секретная.

— Да кто его знает, откуда они возникли? Вот возникли и бродят. В этом мире вообще нет ничего тайного, что рано или поздно не стало бы явным. Ты слышал такую мудрость?

— Слышал, — скупо ответил Богданов.

— Вот и ступай! Время не терпит. Если, конечно, оно вообще у нас есть, время-то…

— А что делать с заводом?

— С каким заводом? — не понял генерал Скоробогатов.

— С тем самым. С танковым.

— Завод для нас сейчас — дело второе, надо наших вытаскивать.

— Так ведь строится завод-то! — упрямо произнес Богданов. — Уже почти построен. Вот-вот начнет выпускать танки. Сами ведь говорили!

— Ну говорил. Так и что же? Ты это к чему клонишь?

— Так, может, заодно и завод — того? Так сказать, попутно?

— Главное ваше дело — спасти людей. Ну а что касается завода — это уж как получится. Выведите его из строя — похвалю. Не сумеете — ругать не стану. В общем, на ваше усмотрение.

— Как обычно, — сказал Богданов.

— Как обычно, — повторил генерал. — Ну все, все! Ступай! Обрадуй своих молодцов новым заданием.

…Молодцы, конечно, отнеслись к генеральскому приказу с полным пониманием и особой ответственностью. Но притом были озадачены. В самом деле, ничего подобного им делать еще не приходилось. Группа Богданова в прошлом году пополнилась еще одним уникальным специалистом — 30-летним военным психологом Ритой Маковкой с позывным Фрея. Почему Фрея? В скандинавской мифологии это богиня любви и войны. Такое вот противоречивое сочетание…

Рита сопровождала бойцов во время службы, помогала справляться со стрессами, травмами, тяжелыми эмоциями и адаптацией после возвращения домой. В самых сложных операциях, особенно если были человеческие потери, когда на глазах убивали друзей,она не давала сломаться психике. Рита окончила МГУ, факультет психологии, ее отец — полковник медслужбы в отставке Сергей Александрович Маковка — с детства учил ее некоторым боевым приемам, стрельбе, посвящал в тонкости медицинской подготовки. Так что, окончив школу с золотой медалью, Маргарита уже очень многое знала и умела. Почему она выбрала стезю военного психолога, да еще с такой внешностью, непонятно. Ритка была первой красавицей на курсе. Какого-то невероятного фиолетового цвета глаза, смоляные кудри, правильные черты лица и точеная фигура никого не оставляли равнодушным — ни студентов-одногруппников, ни преподавателей.