Книга Горячее эхо песков, страница 97 – Александр Тамоников

— Да вот так! Вторая наша группа сейчас на том самом заводе. А может, уже и завода никакого нет.

Была ли погоня или нет, того советские спецназовцы так и не узнали. Через границу они перешли благополучно. И вскоре добрались до аэродрома с непривычным для русского уха названием. Здесь их уже ждала группа Дубко в полном составе.

— Ну как? — спросил Богданов, хотя в принципе мог и не спрашивать.

— Считаю твой вопрос оскорбительным! — отреагировал на это Дубко. — Все как полагается. И у вас, я вижу, тоже? Это они и есть?

— Они и есть, — ответил Богданов.

— Тогда с прибытием, братцы! С освобождением! А насчет завода не беспокойтесь. Нет больше завода, одни головешки. Вот так!

Здесь, на аэродроме, и расстались. Группу Иваницкого в полном составе отправили в госпиталь. Группе Богданова в полном составе предстояло отбыть на родину.

Прощались без лишних слов. Лишь Малой и Лютаев, которые успели сдружиться за время пути, все толковали и толковали о своем, об одесском. Никто им не мешал и не торопил. Прощаться можно по-разному — и коротко, и долго. Тут все зависит от тех, кто прощается, и от того, какие между ними отношения.

Через восемь часов после прощания группа Богданова приземлилась в Москве. Риту оперативно отправили в “Склиф” — к счастью, гангрена обошла девушку стороной. Врачи с удивлением констатировали тот факт, что первая операция, которую Рите Маковке провели в Пакистане в походных условиях, сделана блестяще. И если бы не врач, который ее проводил, девушка погибла бы однозначно.

…А у Богданова и так не выходил из головы Олег Васнецов, и он решил связаться с самым секретным подразделением КГБ, отвечавшим за личные дела всех сотрудников, в том числе бывших и перебежчиков. Предварительно полковник получил добро на это у своего руководства, пояснив, почему он интересуется давно сгинувшим на западе бойцом, да к тому же предателем. Ему назначили встречу на Лубянке. Встретил Вячеслава молодой, улыбчивый майор и протянул ему толстенькую папку.

— Что это?

— Дело Васнецова.

Богданов начал читать. Оказывается, Олег никого не предавал, он был участником секретной операции, о которой не знал даже Богданов, хотя Васнецов служил под его началом. Он должен был специально попасть в плен — что и сделал — и выдать якобы секретную информацию, а на деле заманить в ловушку настоящего предателя, служившего в КГБ. Но что-то пошло не так, и Олег пропал из поля зрения нашей резидентуры. Где он мотался пять лет, что случилось — никто не знал. Но благодаря Богданову и случайной встрече с Олегом сейчас начались переговоры с пакистанской стороной об обмене Олега на их резидента. А то, что Васнецов в плену и его заставляют оперировать, можно не сомневаться. Младший Васнецов до того, как прийти в КГБ, окончил с отличием Военно-медицинскую академию в Питере.

Через месяц Рита и Богданов стояли в Шереметьево вместе с Михаилом Васнецовым. Миша после того случая перешел в другое подразделение и занимался делами внутренней разведки. Они ждали Олега. Советская сторона смогла договориться об обмене пленными.

— Миша? — обратилась Рита к заметно нервничающему мужчине.

— Да, Фрея…

— Помнишь, я тебе говорила, что Олег обязательно вернется. И иногда то, что мы видим, не является таковым… Помнишь?

— Конечно помню, спасибо тебе за надежду, которую ты мне тогда дала. — Вдруг голос его сел. — Олег… Олег! Олежка!!!

И он рванул навстречу высокому, худому мужчине со шрамом.

— А я все время думала, пока меня Олег оперировал, где я видела эти внимательные умные глаза? Я ведь его не узнала тогда, товарищ подполковник…

— Все хорошо, Фрея. Теперь точно все хорошо.